Вот он, Новый мир. Дом змеелюдов. И скоро мой. Вопросы по кругу курсируют в моей неугомонной голове. Как я приживусь? Чем буду зарабатывать на жизнь? Кем буду в абсолютно чужом социуме? Вряд ли меня устроит роль безмолвной покорной овечки. А с другой стороны, выбор мне никакой не давали.

Панические всплески перестали посещать измученный мозг, но тревога никуда не делась. Родная, как всегда со мной. Мешает есть и спать, как обычно.

Неопределенность – самое страшное для человека, который привык просчитывать наперед каждый шаг. Учась и работая, четко планируя свою жизнь, я брала свою тревожность под контроль. Но в последние годы все катится не туда подозрительно часто. Каких-то четыре-пять лет назад знала, какой будет моя жизнь в дальнейшем. А сейчас?

А сейчас жду встречи с командором корабля чуждой для меня расы.

Я немного привыкла к Зейрашшу и его помощнику с труднозапоминающимся именем. Если точнее, то перестала вздрагивать каждый раз при их появлении. Что касается босса этого огромного звездолета, то встречи с ним я откровенно боюсь. Так же, как и хочу. Я точно понимаю – этой встречи не избежать. А если не могу избежать, то необходимо хотя бы знать, что со мной будет дальше. И от отсутствия альтернативы меня знатно потряхивает.

От целителя я так же узнала, что Тим жив, без особых подробностей, но этого мне вполне достаточно. Самое важное – его подлечили и оставили восстанавливаться в семье. Чувство вины перед этим мальчиком полностью не ушло, но я выдохнула, узнав, что он жив, а семье помогли с провизией и медикаментами. А значит, могу отпустить от себя этот эпизод жизни. Скучать о ком-то себе запретила. Мне и так сложно, волнений хватает. Поэтому не стала выспрашивать детали, не хочу знать. Это все в прошлом. Главное – мальчик цел.

Пока я пребывала в состоянии близкому к коме, мне вживили зондом через ухо ретранслятор в центр Вернике, находящийся в височной доле и отвечающий за речь. И теперь я жажду узнать об этом максимально подробно. Для нас, людей, это до сих пор недоступные бионические технологии. Стало ясно, почему при пробуждении мне была понятна речь шайраса. Пока я тупила от седативных препаратов, в голове постепенно синхронизировалось распознавание речи и база слов.

Мне так и неизвестны истинные мотивы наагшайрасов. Зачем этой развитой расе нужны физически слабые люди. Еще с первого дня стало ясно – я не одна у них. Вот это и хочу выяснить в первую очередь. Не хотелось бы стать едой или подопытным экземпляром.

***

– Морайя, командор ждет вас, – молодой красноволосый шайрас на красном хвосте вежливо поклонился мне. Похоже, тут есть определенная закономерность с окрасом. Либо мода красить волосы и чешую?

Так, снова беспокоюсь не о том.