С тех пор Маер держался от меня подальше и мне этого было более чем достаточно.

Только вот… о том что тогда произошло, знали только я и он.

И вот теперь я смотрю на Навьена и вижу в его глазах приговор.

– У кэпа двое детей, – сдавленно произнесла я.

– Выражу им свои соболезнования, – ответил тысячник, и, развернувшись, направился к двери.

– Ублюдок! – не сдержалась, да и не хотелось сдерживаться.

Навьен замер. Постоял, сжимая дверную ручку, затем развернулся и глядя на меня , ледяным тоном поинтересовался:

– И почему же я ублюдок, Каиль?

– А если я скажу «трус», это будет ближе к истине? – прошипела я.

Знала бы, что за этим последует – не издала бы ни звука!

Навьен перестал быть человеком в один миг.

Рывок, стремительное перемещение, и я вдруг падаю на матрас, но еще до того, как осознаю это, вампир навис надо мной. В глазах – ярость. Клыки отчетливо проступают под плотно сомкнутыми губами, мышцы рвут ткань безупречного пиджака на нем.

Секунда.

Мы смотрим друг на друга, он в бешенстве, я не скрывая ненависть.

Удар кулаком по постели, и Навьен выпрямившись, вышел из моей комнаты, снова грохнув дверью напоследок.

Я осталась лежать, глядя в потолок и… с трудом сдерживая слезы.

Капитан Маер хорошим человеком не был, но и смерти такой не заслужил. Просто… не заслужил.

Некоторое время я почти спала.

Сон был странным, нервозным, пугающим. Почему-то мне снился князь, затем Навьен. Навьен склонившийся надо мной так близко, что я ощущала его дыхание, и… и не помню, дурацкий был сон.

А потом мне принесли завтрак.

Вампирша в черном платье, принесла на подносе стакан крови.

Поклонилась, поставила все это на серебряном подносике на прикроватную тумбочку, такую же прозрачную, как и все здесь, поклонилась и вышла.

Оставив меня наедине с кровью!

С кровью!

Я в ужасе посмотрела сначала на поднос с граненным бокалом, потом на дверь. Было зверское желание разбить стакан, просто швырнуть о закрытую дверь, но… хрен его знает, сколько мне тут еще сидеть, а созерцать кровавое пятно не самое приятное в жизни.

Я встала, взяла стакан… с отвращением поняла, что кровь еще теплая, сходила, вылила ее в раковину в ванной, невольно посмотрела на себя и… стакан выпал из рук.

На моей шее был укус.

Еще не заживший, такой, словно он был совершен недавно, с кровью выступившей в местах прокола, с абсолютным отсутствием боли в области шеи вообще…

Мир пошатнулся, и я упала на пол, лишь в последний миг, успев ухватиться за край раковины и тем удержаться, от травмы головы, но… потом взгляд упал на стакан. Пластиковый. И рука соскользнула по округлому краю раковины.

Меня затрясло.

Всем телом.