Я бы попросил не ругать её ни за что.

— За что же мне её ругать, если муж ею доволен?

— Да, муж доволен.

Приобнимает поддерживающе за плечи и оставляет меня с отцом.

— Сядь, — кивает мне на соседнее кресло отец.

Присаживаюсь на краешек.

— Муж тебя не обижает?

Отрицательно качаю головой.

— Правду говори.

— Нет. Добрый ко мне."

"— Хорошо. Если захочешь уехать на родину, в харем к своему деду, отцу твоей матери, то моё предложение в силе. До тех пор, пока ты не забеременеешь, я могу так изменить твою судьбу.

Неужели может?.. Тимур отдаст меня? А может, его и не спросят. Наш закон не чтит такие браки, как у нас с Тимуром.

И снова я не могу понять — спасает или наказывает?! Даёт выбор? Что?!

— Не хочу… — срывается мой голос. — Не надо, пожалуйста, отец.

— Надеюсь, история твоего позора закончена? И мне больше не нужно будет вмешиваться в твою судьбу? Потому что Тимур, может, потерпит многое. А я — нет.

— Я люблю мужа… — вырывается у меня. — Других мужчин не существует.

Прислушиваюсь к себе. Насколько я искренна? Полностью! Ничего и никого не хочу знать и видеть. И вспоминать имя!

— Что-нибудь хочешь ещё сказать?

— Поблагодарить… за то, как была решена моя судьба.

Чувствую, как отец немного смягчается.

— Мать передавала тебе свои благословения.

Благодарно складываю руки.

— Если ты родишь Тимуру детей, и они примут нашу веру, будут воспитаны в ней, то мы примем их в семью.

— Спасибо!

— Проводи меня.

Иду позади отца. На крыльце нас встречает Тимур.

— Был рад встрече, Алихан, — протягивает он руку.

Отец пожимает.

Он уезжает, мы остаёмся вдвоём.

— Всё хорошо? — поднимает моё лицо за подбородок.

Пожимаю плечами.

— Ты испугана и снова зажата, — хмурит брови. — Почему?

— Пойдём в номер… — шепчу я.

— Мм… Зачем? — взлетает пытливо его бровь.

— Ты — муж. Я — жена. Так?

— Так…

— Не так, — опускаю взгляд. — До сих пор…

— Ах, ты ж… Прессанул тебя отец всё-таки, да?

— Как?.. — недопонимаю я его недовольство.

— Пойдём.

Ведёт за руку наверх. Молюсь, чтобы забеременеть сразу же. Это сделает моё положение надёжнее, а отец обещал признать внуков.

Меня всю опять трясёт от девичьего страха. Хотя чего бояться? Тимур такой ласковый…

Он включает плазму на стене. Щёлкает по каналам, останавливаясь на каком-то фильме.

— Я в душ, — целует меня в висок.

Раздеваюсь, надеваю тоненький пеньюар. Расстилаю кровать. Расплетаю косы.

Ах, мамочка…

Ныряю под одеяло. Ещё и светло так! Ужас… Лучше бы было темно! Сердце бьётся от страха и стыдливости. Чувствую, как резко накатывает усталость.

Нельзя роптать на отца, но всё же… напугал меня!.. И теперь моя сказка превращается опять в какую-то не очень приятную историю. Чувствую, что муж недоволен.