Пусть сестра твоя отдохнет, мы обмозгуем ситуацию порознь, и, скажем, сегодня вечером, встретимся еще раз. Обсудим, кто что надумал. Может придет какая-то дельная идея – как выкрутиться. Заодно – оба упрямца поостынут и мы их помирим.

Джанибек согласно кивнул:

- Думаю это…

Небрежный тычок в дверь и в комнату влетел вихрастый паренек, лет шестнадцати. Худой, чуть нескладный, с едва пробивающейся на щеках светлой щетиной. Он резво сдернул шапку с головы, неловко поклонился и, не особо обращая внимания на гостя, затараторил.

- Ведающий, здравия тебе! Меня Щавей заместо себя оставил.

Наказал докладывать тебе, ежели что-то особливой важности будет.

Джанибек едва заметно прищурился – один из шпионов Яры! Щавей, молодое дарование, которое воительница откопала неизвестно где, виртуозно плел разведывательную сеть, подключая к ней тех, кого обычно не берут в расчет – детей и женщин из числа слуг. Кто в здравом уме, заподозрит подростка в придачу с глупой дворовой девкой?

Драгомир покосился на валорца, но выставлять гостя из комнаты не стал. Дружеские отношения с принцем важнее текущей информации.

Тем более вряд ли там что-то стоящее – иначе он сам бы знал намного раньше.

- Говори, - кивнул парню.

- Караван пришел в город только что. Еще токмо разгружаются, на постой остановились в доме для купцов. Я помогал мулов распрячь, покрутился, послушал разговоры ихние. Они по реке, на лодьях большую часть пути прошли. Это быстрее ежели через степь и леса.

- И…?

- Из Полоцка они. Хан ихний помер.

- Гардаш?! – воскликнул каганчи. Темные глаза расширись от удивления.

- Вроде так. Баяли, что от обжорства, на пиру прямо отошел, - дернул плечами мальчишка.

Драгомир скрестил взгляд с темными глазами гостя.

- Еще что-то? – уточнил он.

- Более ничего.

- Ступай, - не поворачивая головы бросил парню. А сам продолжал молчаливый диалог глазами. Подросток, не задумываясь, стрелой вылетел из комнаты. Волхва побаивались, даже когда вины за собой не чуяли.

- Что думаешь?

Джанибек задумчиво потер подбородок. Необходимо было учесть и свои, и половецкие традиции, которые, порой дико противоречили друг другу. Каганчи заговорил медленно, осторожно подбирая слова.

"

"- Если сейчас свадебный караван повернет назад, то это уже не будет оскорблением половцев. Как и нас тоже. Отец возвращает «невесту» домой по уважительной причине. Можно сказать – по воле Богов. Но караван сейчас в пути и там никто не знает о смерти жениха. До отца вести тоже дойдут не сразу, а на несколько дней позже. Значит, его люди не догонят невесту до прибытия Полоцка. Не успеют. А если караван достигнет столицы – невесту уже не вернуть. Ее не выпустят.