Всё это под аккомпанемент одноклассников – они специально создают звуковое сопровождение, только и слышу «вау», «оу», «ты видела», «трэш», «класс», «офигеть», и тому подобное.

Наклоняясь ко мне Тор говорит:

- Всё будет хорошо.

- Надеюсь.

Еще в машине я попросила его не устраивать показательные выступления.

- Это как, Лер?

- Не надо меня при всех…

- Что не надо? – ухмыляется, хотя все понимает.

- Не надо руки распускать и… целовать.

- Почему? – он напрягается, - Тебе не нравится, когда я тебя…

- Нет. То есть…нравится, - это слово говорю тихо, заставляю себя сказать. – Я не люблю напоказ.

- Я понял. Я, кстати, тоже не очень. Еще условия будут?

- Это не условия.

- Прости. Но… рядом стоять мне можно? Обнимать за талию? За руку брать?

- Можно, если это не мешает…

- Кому? Или чему?

- Учёбе. И мне.

- Я буду стараться, только… сядем вместе?

- Ты же с Коршуном сидишь?

- Перебьется.

Подходим к компании одноклассников. Я слышала, как Тор называл их «дноклами», насчёт дна я соглашусь. Но само слово меня бесит, как и многие другие сленговые. Какими-то я сама пользуюсь, а какие-то раздражают. Особенно бесят псевдоанглийские неологизмы, звучащие из уст Дунаевой.

Типа того, который она выдает сейчас.

- О май гаш, у Ромы новый краш. – просто «рукалицо».

- Привет Тор, здравствуй Лера, - Да Винчи мне улыбается, как будто мы с ним старые друзья, свои в доску. Просто переобулся в воздухе. Хотя мне всегда казалось, что он готов был вполне нормально со мной общаться, но стая захотела моей крови и он не смог пойти против течения.

- И тебе привет. Коршун, а ты ничего не хочешь сказать?

- Виделись.

Да уж. Коршунов поворачивается и молча уходит в школу. Да Винчи смотрит удивленно.

- Что это наш Стасик, не с той ноги встал?

- Не тем местом думал, я бы сказал. Пойдем? Не замерзла, Лер?

- На мне пуховик, Ром, а ты… ты… - хочу сказать, что в этой кожаной курточке он себе отморозит все на свете, но тушуюсь.

- А я горячий парень, Лер. Пошли.

В раздевалке он помогает снять пуховик, вешает на вешалку в самом дальнем углу, а потом и прижимает меня там же.

- Тут нас никто не видит.

- Ром… не надо.

Мне не по себе. Как-то слишком все это быстро. Слишком гладко.

Почему-то в голове всплывают слова Селены.

«Они мажоры, им можно все. Их родители по любому откупят, а ты…»

А что я? Что?

Даже если то, что происходит сейчас между мной и Ромой какая-то чудовищная игра – я свою позицию уже озвучила.

Мне будет больно, но я переживу.

Сломать меня это не сможет. Меня вообще уже, наверное, ничего не сможет сломать.

Усмехаюсь своим мыслям. Слишком самонадеянно. Как бы чего не вышло.

- Лера, прости, я постараюсь держать себя в руках. Пойдем на урок?

Литература. Именно на этот урок мы, наконец приходим. Хотя я бы предпочла любой другой. Не знаю почему.