Пальтишко стильное, а сам…

Да нет, чёрт, сам тоже ничего. Высокий, спортивный, я бы его, конечно, уделал.

Всё-таки хорошо, что я выбрал бои без правил, а не гонки. Хотя на трассу может еще вернусь. Но там… там по деньгам совсем край, не дешево нынче быть чемпионом, хотя рекламные заработки достойные.

На тачку, на которой я сейчас рассекаю, между прочим, сам заработал! Купил, правда, не новую, но почти девочку. Не битая, пробег маленький. Ну и… любимая присказка – «бэха» есть «бэха».

Мать Леры и пижон в пальто уходят вместе, он тоже на машине. «Мерин». Ну-ну, плавали, знаем. «Бэха» лучше.

- Поедем, а то опоздаем… - Лера трогает меня за рукав. Хочется накрыть её ладошку, но это позже.

- На физру? Думаешь, стоит?

- А что ты предлагаешь? – мышка сканирует меня, совсем как её мать пару минут назад.

- Предлагаю провести этот час с пользой. Поехать в кофейню, взять раф или венский, и пару круассанов.

- Конор доложит.

- Конора я беру на себя. Едем?

- Хорошо, - отвечает чуть бледнея.

Обхожу машину, чтобы открыть ей дверь, помогаю, как зачарованный вдыхая нежный аромат.

Завожу машину - остыть не успела.

- Лер, ты… все время бледнеешь, к врачу ходила?

- У меня мама врач. И папа.

- Ого, круто. И что?

- Что?

- Спазм сосудов, это же не шутки?

- Запомнил? – вижу, как дергаются уголки губ. – ничего страшного нет. Просто… все краснеют, а я…

- А ты не все. – выдаю сразу, голос звучит как-то странно, низко. Лера сразу вскидывает на меня свои пронзительные глаза.

Они у неё именно такие – пронзительные. Не могу по-другому.

Не алмазы, не топазы, не сапфиры ни разу, капля моря, капля неба, капля белого снега, как океан на Мальдивах или небо в Дубае, или цветок незабудки, распустившийся в мае…

- Ром… ты… мы поедем или будем стоять?

- Прости. Едем.

Чёрт. Оказывается, разговаривать так сложно! Мне всегда казалось, что нет ничего проще, и вот… Зашквар. Сочинять стихи получается лучше.

Может так и говорить с ней, стихами?

- Ты не написал вечером.

Тадам… звон в ушах, как будто я под колонкой в тысячу ватт стою. Ждала?

- Не написал. – а почему, слабо сказать, а, Тор? Громовержец? Или это был Зевс? Без разницы. – Я…

- Ты увидел меня с Сашей, да?

Спасибо, мышь. Спасла.

Жесть… реал, не могу выговорить то, что хочу и должен. Чёрт, соберись тряпка! Мужик ты или…

- Это бывший муж моей сестры, то есть… не бывший…

- Так бывает? – ухмыляюсь, прикольная формула, почему нет? Бывший-не бывший… - тут или бывший, или…

- Соня умерла…

Шок.

Словно острым тесаком в грудину. Резко. С размаху.

Умерла. У неё умерла сестра! А я…

Как я мог? Я? Я! Который… который уж это-то точно должен был просчитать, понять…

С трудом удерживаю машину, хотя еду так, словно нет пятисот лошадок под капотом.

Мышка пережила смерть. Она поэтому такая…

Да… мы с ней могли бы видеть фестралов*, если бы были в Хогвардсе*.