Пока в памяти не стали появляться отголоски того, о чем она мне только что сказала. Этим мудаком и взаправду был я? Б*я! И все это время жена знала об этом и носила все в себе?

Подойдя к жене, я крепко обхватил ее за плечи и заставил смотреть только на себя. Она всхлипнула и я сказал размеренно и твердо:

- Мне очень жаль, что я доставил тебе столько всего дерьмового, правда. Но я очень надеюсь, что уже хотя бы отчасти это искупил.

Вместо того, чтобы успокоиться, Вика вдруг снова расплакалась, только теперь вцепилась в мою одежду, как будто я собирался уходить, а она должна была меня любым способом удержать.

- Прости, что я это вдруг вспомнила, - извинилась жена и прижалась ко мне крепче.

- Тебе не за что извиняться, - покачал я головой и усмехнулся. - И этот случай явно говорит об одном: мы всегда были судьбой друг для друга.

Теперь уже Вика рассмеялась, и я с облегчением сделал то же самое.

Если этот момент и был создан под воздействием гормонов, похоже, мы оба ему поддались.

- А знаешь, сколько раз я хотела тебе вернуть эту тысячу рублей? - отсмеявшись, спросила жена.

- Представляю, - усмехнулся я и, двинувшись в сторону постели, сказал: - Мы можем в это поиграть. Меня возбудит, если ты заплатишь мне за секс.

- Какой ты извращенец, Самооооохин, - простонала Вика, когда я стал целовать ее шею.

- Ты даже не представляешь, насколько, - ответил я и через мгновение навис над ней на руках.

Новый год мы очень и очень любили. Но предпочитали сразу после его наступления уехать куда-нибудь в теплые края. Я бросал офис на неделю, но уже не изводил себя ночами мыслями о том, что не вышел на работу первого января. На работе, кстати, я провел некоторые перестановки. В частности, была уволена секретарша, сдававшая все явки и пароли, куда не следует, а с новым персоналом проведена короткая, но емкая беседа.

Впрочем сейчас, сидя под пальмами и наблюдая за тем, как Славик с Ли играют в футбол, я вообще не желал думать о каких-то там офисах.

- Два-два! - выкрикнул я в сторону детей, и тут же Вика, сидящая неподалеку с бокалом вина, зашипела:

- Разбудишь Соню, будешь сам ее снова укладывать!

- Молчу-молчу! - шепнул я в ответ и покосился на коляску, в которой спала наша двухлетняя дочь.

Шум прибоя, красавица жена, сыновья (а к Ли я относился именно так), играющие неподалеку, спящая крошка дочь… и бокал холодного пива рядом на столике."

"Потянувшись к нему, я улыбнулся сам себе, испытывая настоящую эйфорию.

Я был чертовски счастливым сукиным сыном.

Неправда ли?

Конец"