— Я думала, что ты сейчас придумаешь что-нибудь ужасное, а ты сказал просто переписать.

Этьен медленно повернул голову и посмотрел на меня так, что у меня тут же по спине пробежал холодок.

— Ты специально нарываешься? — спросил он, а я тут же качнула головой. Настолько сильно, что несколько прядей волос упало на лицо.

— Нет. Все. Молчу и пишу, — поспешила сказать. У меня почему-то возникло далеко не самое хорошее предчувствие.

Как оказалось, скопировать тот почерк действительно было непросто, из-за чего достаточно долгое время я пыталась приноровиться. Пробовала разными способами.

Даже хотя бы просто писать буквы отдельно, но так красиво не получалось.

— Сутулишься, — услышав голос Этьена, я вздрогнула и подняла на него взгляд.

Не сразу поняла, к чему он это говорил, а потом до меня дошло в какой позе я сидела. Достаточно сильно сгорбившись над тетрадью. Но, в принципе, я почти всегда так сидела.

— Да, мне так комфортно, — сказала, опять скользнув взглядом по тому, что написала.

— Неужели? — лениво спросил Дар-Мортер. Краем глаза я заметила то, что он наклонился вперед, локтями опираясь о колени.

 — Бертье, скажи, что с тобой все в порядке.

— Зачем? — оторвав взгляд от бумаги, я вопросительно посмотрела на Этьена.

— Я говорю — ты делаешь.

Этьен умел говорить так, что у тебя возникало ощущение — ослушаешься его и тебе конец.

— Со мной все в порядке, — произнесла, поджимая губы. В принципе, мне было не трудно это сказать. Я просто не понимала зачем.

— Теперь сядь ровно и расслабься. Повтори эти же слова, — Этьен взял мятую пачку с сигаретами. Покрутил ее пальцами, открывая и безразлично доставая одну.

— Я все еще не понимаю, зачем мне это делать, — я свела брови на переносице.

— Сядь ровно и расслабься, пока я не раздел тебя и не закрыл в кладовой, — Дар-Мортер щелкнул зажигалкой и подкурил сигарету.

— Ты в курсе, что такие слова не помогают расслабиться? — я сжала пальцами ручку. — И, что, значит, раздеть и запереть в кладовой?

— Человек без одежды достаточно сильно уязвим. При желании и нужных действиях, на нем можно оставить психологические травмы, — Этьен произнес это настолько просто, что у меня кожу холодом закололо. — Они даже интереснее физических.

Я сильнее сжала ручку пальцами. И даже прикусила нижнюю губу. Находясь рядом с Дар-Мортером я постепенно начинала к нему привыкать. Разве что не следовало забывать про его особенности. Но вот в такие моменты он прямо очень сильно пугал.

— Ты будешь делать так, как я хочу, или мне тебя раздеть? — спросил Этьен, наклоняясь вперед и сбивая пепел в уже почти полную пепельницу.

Я шумно выдохнула и выпрямилась. О расслабленности не могло быть и речи, но я попыталась хотя бы внешне создать ее вид.