Малышка топчется на месте, бросая на меня виноватые взгляды, и нахмурившись что-то усиленно обдумывает. Ну ладно, хватит мучать, пора хвалить и поощрять.

Но не успел я повернуться, как она решила заговорить первой.

– Может чай? – интересуется осторожно.

Тяжело вздохнул, перекатываясь с пятки на носок.

– Кофе? – полушёпотом.

Молчу, демонстративно погрузившись в себя и типа о чем-то размышляя.

– Секс? Поцелуй? Массаж? – уже с раздражением выпаливает Мари.

– А давай! – не теряюсь я, повернувшись к ней с ехидной полуулыбкой, и тут же скидываю пиджак на рядом стоящий диван.

– Я пошутила, – шокировано отшатывается она, до невозможности округлив глаза.

– Поздно, – безапелляционно урчу я, расстегивая верхние пуговицы рубашки.

– Я в общем-то проверяла, слушаешь ли ты меня, – уже рычит Мари, скрестив руки на груди и делая осторожный шажок назад.

– Ну, вообще-то у меня стресс, – намекаю я, – Вполне заслуженно мог отвлечься.

– Так может все-таки кофе? – с надеждой в голосе тянет Мари, делая еще шажок назад.

– Массажа на первый раз хватит, – снисходительно отзываюсь я, и сев на диван, отворачиваю расстегнутый ворот рубашки и подмигиваю опешившей малышке, – Говорят от стресса хорошо помогает.

Мари замирает, закусив губу, хмурится и нерешительно делает шаг ко мне. Оценив поле деятельности, обходит диван и встает у меня за спиной. Неуверенно кладет чуть подрагивающие руки мне на плечи поверх рубашки.

– М-м, – расслабленно откидываюсь назад, – Не стесняйся.

– Руки холодные, – почти огрызается Мари, а я перехватываю ее руку, и пройдясь губами по подушечкам пальчиков, визуально ловлю россыпь мурашек на ее коже.

– Абсолютно не холодные, – невозмутимо заявляю со знанием дела.

Мари судорожно выдыхает, и помедлив начинает разминать мне плечи, а потом и шею, а я готов урчать, как кот. Даже глаза прикрыть тянет, но я ловлю ее отражение в зеркальных дверях гардеробной напротив, и подпитываю вербальный кайф визуальным.

Щеки Мари залиты румянцем по самые ушки, губа закушена, а абсолютно сосредоточенное на процессе личико делает ее невозможно милой.

Массаж она делает неумело, порой явно сдерживая себя от желания меня придушить, но кайф, который я ловлю в этот момент, не сравним ни с одним моим визитом к профессиональному массажисту ранее.

Нежные, теплые, чуть подрагивающие пальчики рождают толпы мурашек по всему телу и одну большую и толстую мурашку, расположенную примерно на метр ниже головы, и сейчас явно напоминающую о своем существовании. Прости друг, еще не время. Сижу и улыбаюсь тому, что как дебил, пытаюсь мысленно договориться с восставшим членом. Дожили…

Мари прерывисто дышит, начинает вести себя смелее, и я вижу в отражении, как она разглядывает мои мышцы на плечах, шее и спине.