Некоторые линяют, попадаются одноглазые… вместо глаза какой-то комок мяса. Бр-р-р!

Я кивнул.

– У меня есть родственница – у нее на каждой руке по шесть пальцев. Чуть постарше меня. Рядом с мизинцем – еще один палец, маленький, как у младенца. Она так научилась его подгибать, что большинство людей ничего не замечают. А вообще она очень хорошенькая.

Я снова кивнул.

– Это что-то наследственное, да? Как это называется… передается с генами.

Я сказал, что не очень разбираюсь в генетике.

Девчонка помолчала. Я сосал карамельку и таращился на кошачью тропу. Никто не появлялся.

– Вы в самом деле не хотите пить? – спросила она. – Пойду принесу колы.

– Мне ничего не надо, – ответил я.

Она встала с шезлонга и исчезла в тени деревьев, чуть волоча поврежденную ногу. Я поднял с травы ее журнал и полистал его. Совсем не ожидал, что он окажется журналом для мужчин, таким… ежемесячным. На развороте красовалась женщина в тонких трусиках, через которые просвечивали все ее прелести: восседала верхом на стуле в нелепой позе, широко расставив ноги. Я положил журнал на место, сложил руки на груди и снова сосредоточился на кошачьей тропе.

Прошло немало времени, прежде чем девушка вернулась со стаканом колы в руках. Послеполуденная жара донимала. Долго просидев на солнце, я чувствовал, как заплывают мозги. Меньше всего мне хотелось думать.

– Скажите, – сказала она, возвращаясь к прежней теме, – если бы вам нравилась девушка, а у нее оказалось шесть пальцев, что бы вы сделали?

– Продал бы ее в цирк, – ответил я.

– Что, серьезно?

– Нет, конечно, – сказал я. – Шучу. Думаю, меня бы это не очень волновало.

– Даже если бы это могло передаться вашим детям?

Я немного подумал.

– Нет, для меня это, правда, не важно. Что плохого в лишнем пальце?

– А если бы у нее было четыре груди?

Я снова задумался.

– Не знаю.

Четыре груди? Этот разговор может продолжаться до бесконечности. Я решил сменить тему.

– Сколько тебе лет?

– Шестнадцать, – ответила она. – Только что исполнилось. Перешла в повышенную школу[2].

– Давно на занятия не ходишь?

– Нога еще болит, если много ходить. Потом эта ссадина у глаза. В школе все уже достали. Если узнают, что я грохнулась с мотоцикла, начнут болтать: то да се. Поэтому считается, что я «отсутствую по болезни». Можно год пропустить, ничего страшного. В следующий класс я не тороплюсь.

– Понятно."

"– Ну, так что? Вы вот говорили, что женились бы на девушке с шестью пальцами, но четыре груди вам не подходит…

– Я не говорил, что не подходит. Я сказал: не знаю.

– Чего не знаете?

– Не знаю… мне трудно такое представить.

– А с шестью пальцами можете представить?

– Конечно. Думаю, да.