Дом за моей спиной был защищен, так что они вряд ли смогут что-то мне сделать. Первым ударил заговоривший со мной боец, несколько зеленоватых всполохов полетели в мою сторону, я принял этот удар на броню и, глядя на несколько царапин, мысленно усмехнулся. Ранг архимагистра — совсем другое дело, ребята. Взмахнув рукой, я окружил восьмерку снежным бураном, лишая их обзора, а потом обрушил на их головы с десяток крупных ледяных глыб. Помимо собственного веса каждая глыба наносила дополнительный урон, взрываясь в момент соприкасания с почвой, поэтому я не удивился, услышав чей-то вскрик боли.

Следующий удар я нанес в тот момент, когда мои противники смогли справиться со снежным вихрем. Они только-только развеяли его, как я обрушил на их головы дождь из ледяных шипов. Глядя на то, как они вливают всю энергию в свои щиты, я довольно улыбнулся. Осталось еще немного, их запасы энергии почти подошли к концу, а значит, нужно лишь немного надавить. Вдруг я почувствовал сильный всплеск энергии от врага и тут же поставил перед собой щит. Не знаю, каким образом я успел, но это было правильное решение, потому что толстый ледяной щит превратился в пыль почти мгновенно. Если бы эта атака добралась бы до моего тела, мне пришлось бы туго. Ну нет, ребята, так дело не пойдет.

Потянув силу из источника, я вытянул ладони вперед и выпустил на волю холод. Ослепительные потоки голубого цвета вырвались из моих ладоней, и через несколько секунд защита моих противников лопнула, и восемь фигур мгновенно оказались в плену моего льда. Выдохнув, я подошел к первому ледяному капкану и посмотрел на застывшего там человека. Нет, они не были мертвы, но и живыми их назвать было сложно.

Теперь их пристанище — лед, и пока глыбы целы, они будут спать мертвым сном. Что ж, неплохой результат, я лишил старика герцога не только внука, но и восьми магистров. Щелкнув пальцами, я убрал защитный купол, и ко мне тут же подбежал Женя. Телохранитель был в броне и с оружием в руках, но, увидев глыбы, замедлил шаг и облегченно выдохнул.

— Господин, округу мы проверили, больше никого нет, — тихо произнес Евгений, косясь на заключенных в лед врагов.

— Хорошо, — кивнув, я достал телефон, — позови своих людей, надо перенести эти глыбы в тюрьму к нашим пленникам.

Монолитовец кивнул и пошел в сторону казармы, я же сделал пару десятков снимков глыб, так чтобы можно было наверняка понять, кто находится внутри льда, и, мысленно усмехнувшись, спрятал телефон в карман. Для начала я хочу увидеть лицо Бьерна, а потом я поговорю с его дедом. Интересно, скольких еще людей пришлет ко мне старик, прежде чем поймет, что это бессмысленно.

* * *Несколько минут спустя. Камера Бьерна.