- Я тебе… кишки на горло намотаю… При встрече! – рявкнул жуткий голос.

«Мама!», - дернулась я, зажимая рот рукой, чтобы не издать ни звука. Сердце испуганно колотилось, пока я медленно отступала по ковру, боясь наткнуться на вазу или подсвечник.

- Что значит «унизительно» жить здесь! – произнес жуткий голос, который я даже в кошмарах не могла себе представить. – Хочешь, я покажу тебе, что такое «унизительно»! Сейчас я тебя отправлю в адское пламя!

- Ой! – пискнула я, видя, как в комнате вспыхивает яркий свет и слышатся крики боли. – Демон!

Внезапно дверь открылась, я зажмурилась и съежилась.

- О, мисс Жанетт! – послышался голос нянюшки. – Кто вам разрешал сидеть на холодном полу! На холодном полу можно только лежать в объятиях горячего мужчины! Чтобы не заболеть!

- Няня? – дернулась я, видя старушечку, которая склонилась надо мной. – Нянюшка!!! Няня! Там… Там…

Я обнимала ее, показывая пальцем в сторону приоткрытой двери комнаты.

- Я не пойду в комнату… Там демон! – прошептала я, чувствуя, как сухонькие ручки сжимают до боли мои ребра. – Нянюшка! Там кто-то разговаривал….

- Никакого демона нет! – ласково вздохнула нянюшка, толкая дверь так, что посыпалась штукатурка.

На столике лежала бумага и перо. Рядом с бумагой лежал конвертик с маркой. Рядом стоял нянин саквояж.

- А кто тогда так страшно разговаривал? – дернулась я, осматривая комнату.

- Не знаю! Я просто писала письмо моей троюродной тетушке! У меня есть привычка проговаривать вслух, - скромно пожала сухонькими плечиками няня, беря в руки бумагу и любуясь. – Ах, забыла! Сейчас допишу!

Она взяла перо и что-то поскребла на бумаге.

- До встречи в аду, твари! С любовью мисс Миракл! – дописала она, пряча письмо в конвертик.

– Нужно будет найти того, кто отправит письмо и на тот свет моих родственников. Ничего, займусь этим с утра. Как ты, дорогая!

- Я… - замерла я, решив не рассказывать о событиях той ночи. – Все хорошо! Ничего особенного не случилось!

- Я так рада! – улыбнулась нянюшка, поправляя прическу мою прическу.

Она отложила конверт с котятами и цветами, которые продавались на каждом углу, щелкнула потертой застежкой саквояжа и достала флакон духов « Герцогиня ди Хлофос», которые пахли так, что хотелось переехать.

Они пахли мазями и припарками, пыльной библиотекой и настойкой солодки вперемешку с гвоздикой.

Я тут же закрыла нос рукой, пока няня снимала крышку и отходила на шаг.

- Пышь! – выдал флакон, сбрызнув письмо духами.

По комнате стал растекаться запах старенькой умирающей бабушки, решившей забрать на тот свет всех родственников. Чтобы не скучать!"

"Нянюшка ворочалась на софе, а я не знала, как начать разговор. Женская обида захлестнула меня, когда я вспомнила про любовницу.