Наверное, мне бы гордиться — ведь Леша и правда видный мужчина. Высокий, накачанный и холостой. А еще с определенным уровнем достатка. Неудивительно, что девчонки быстро просекли расклад и решили попытать счастья. Хотя, как по мне, глупо это — бросаться на статус мужчины.

— Привет, — говорю, и Алиса с Олесей тут же замолкают, подозрительно уставившись на меня.

— Вы знакомы? — Все-таки Алиса порою очень прямолинейна. Даже странно, как она сдружилась с Ярцевой.

— Знакомы, — киваю, и тут во мне будто чертик просыпается. Или демоненок какой-то, не иначе. Потому что вместо того, чтобы объяснить, кто мы друг другу, широко улыбаюсь и нагло хватаю брата за руку, а затем еще и, с трудом дотянувшись, чмокаю в щеку. — Привет, Лешик.

Девчонки ошарашенно смотрят на нас. Брат, надо сказать, реагирует весьма сдержанно. А точнее, никак.

— Садись, — кивает он на машину. — Еще в ресторан успеем.

Мило улыбаюсь столь дружелюбным коллегам и, помахав на прощание, забираюсь в машину брата.

— Ну, и что это за представление? — равнодушно уточняет он, когда мы покидаем парковку.

— А чего они тебя там слюной заливали? — недовольно ворчу.

Леша многозначительно хмыкает.

— Злата, моя личная жизнь тебя не касается. В следующий раз я молчать не стану.

— Знаешь что? — раздражаюсь в ответ. — Тогда и моя тебя не касается.

Вижу, как брат бесится. Крепче сжимает руль, но смотрит на дорогу.

— Ты поэтому забыла сказать, что свадьба сорвалась? Сколько раз мы общались, и ты ни словом не обмолвилась?!

Вроде бы упрек справедливый. Да и я сама знаю, что накосячила. Но его слова до этого…

— Не хочу я в ресторан. Отвези меня домой, раз уж приехал.

— Надеюсь, хоть адрес тот же? Или я и это пропустил?

— Тот же, — сухо отвечаю и отворачиваюсь к окну."

"Леша и правда разворачивается и едет в сторону моего дома. А у меня мелькает странная мысль, что нашему неприятному разговору я бы предпочла еще один раунд противостояния с Феликсом. И тут же сама пугаюсь. Этого еще не хватало!

Всю дорогу мы оба молчим. Напряжение между нами не добавляет настроения. А после непростой репетиции очень хочется просто отдохнуть. Но увы.

В квартире Леша придирчиво осматривается, будто проверку делает. Я же молчу, махнув рукой. Ему сейчас бесполезно доказывать, что я вообще-то взрослая и сама могу решать, что и как делать.

— Из еды есть только то, что ты вряд ли будешь. Вареная курица и салат, — говорю, чтобы хоть как-то развеять тягостную атмосферу.

— Давай, — вздыхает брат. — Так почему?

Мне без пояснений ясно, о чем он. Стараюсь занять чем-то руки, потому что все еще остро реагирую. Не на Пашу, а на сам факт. Теперь, вспоминая мой демарш в свадебном платье, становится не по себе. Позор-то какой. В тот момент я об этом не думала — было слишком больно.