Я же покосилась на слоняющегося по лавке отца Борреля и меня одолевали неслабые такие сомнения в том, что его можно просто так отсюда выставить.

А судя по мордочке моего бухгалтера, ей Саркина идея ну очень понравилась. Но спустя несколько секунд раздумий она покачала головой и со вздохом ответила:

– Нам не нужны проблемы с храмовниками. Пусть смотрит, все равно ничего не найдет.

– Думаешь, снова вернулся что-то вынюхивать?

– Уверена!

Тем временем странный визитер закончил изучать полочки с элексирами, периодически осеняя их знаками Единого отвращающими зло, и решительно направился к моей торговой стойке.

– Вам чем-нибудь помочь? – лучезарно улыбнулась я в ответ.

– Я снова пришел осматривать ваш дом, – очень мрачно ответил мне служитель Единого.

Я почесала бровь, а после вежливо, но твердо ответила:

– А на каких основаниях? В прошлый раз я не возражала, так как вас вызвала моя достопочтенная тетушка, а я не хотела ее… беспокоить. Она и так нервная, сами понимаете, потому я и пошла навстречу в этой маленькой блажи. Но сейчас…

– А сейчас у меня есть предписание главного храма! – судя по негодующе затрясшейся бороде святого отца, его очень уязвило то, что прошлое освящение лавки я назвала блажью родственницы.

– На досмотр МОЕЙ лавки?! – вполне искренне поразилась я, пытаясь понять, как это маленькие мы успели заслужить такое внимание.

– На изучение ситуации в принципе. А она внушает волнение! – чуть стушевался отец Боррель, и достал из-за пазухи свиток. Он развернулся, и я вчиталась в затейливые завитки.

Текст, как водится, был достаточно затейливым, но весь его смысл сводился к тому, что священный синод поручает отицу Боррелю расследовать ряд странных случаев, от которых за версту тянет нечистой силою. И настаивает на том, что для того, чтобы расследовать эффективно, у него должен быть доступ во всякие подозрительные места.

– Подозрительные? – уточнила я. – А причем тут моя лавочка? И что за случаи связанные с нечистой силой? Это опасно? Это прямо вокруг нас?!

Я попыталась изобразить самый живой интерес и даже некоторый страх."

"– Ваша лавочка, мисс Норил, если позволите – самое подозрительное место, что я видел в последнее время!

Сара едко прокомментировала:

– Интересно, он это понял до, после или во время поедания нашей колбасы?

Пожилой мужчина книгу разумеется не слышал, так что ответил на мой последний вопрос:

– От жителей окрестных улиц поступают жалобы. На скисание молока, упадок сил, внезапные поломки ранее прочных предметов и многочисленные болезни. Количество обращений в семь раз превысило норму!

– Действительно подозрительно, – медленно кивнула я, косясь на свою нечисть.