А я, когда переехала, просто купила новый календарь. На него мы и ориентировались.

Пока я мысленно страдала, Лилит поставила старинную чашу, на дне которой плескалась моя кровь, на стол, и резанула все тем же ножом по своей ладони.

– Ты что творишь? – всполошился будущий властелин мира. – Бери серебряный кинжальчик! Я же сколько раз говорил, жертву режем золотым, а себя серебряным! Смотри, не перепутай!

Девушка едва успела отдернуть руку от чаши. Со вздохом взяла нужное оружие и нанесла еще один порез, на этот раз в другом месте.

В следующие несколько минут все были заняты делом.

Я методично дергала рукой, воспользовавшись тем, что кровь все же начала сочиться из-под повязки и запястье стало скользким. Больно-не больно, плевать! Может все же удастся освободиться?!

Книга вновь причитала о том, в каких ужасных условиях ему приходится работать. Кузина же закончила смешивать кровь и достала несколько склянок.

– Слюна единорога, – прошептала она и капнула крупную, прозрачную каплю в чашу. Следующей пришел черед фиала с золотистым содержимым. – Эссенция феникса. И наконец… вытяжка из секрета дракона.

Не знаю, что мной руководило, видимо, стресс, но я почему-то глумливо хихикнула и спросила:

– Какого секрета? Долго вытягивали?

– Молчи! – шикнула на меня Лилит и взяла в руки нечто очень похожее на приспособление для рисование. – Кисть с ворсом девственницы поможет мне!

Судя по всему предмет был волшебным, потому что вспыхнул призрачным светом он еще до того, как кончик погрузился в чашу.

– Каким ворсом? – заинтересовалась я. – Откуда это? Долго ли надо отращивать и когда состригать?

Рывок, еще рывок… чертовы кандалы, поддайтесь!

– Дур-р-рынды! – рявкнул том. – Волосы девственницы!

Кузина повернулась ко мне и занесла кисть. Коснулась моего лица. “Краска” чуть жгла кожу.

Я похолодела, поняв, что наше мероприятие неуклонно набирает обороты. И дальше несла уже вообще все, что в голову приходило и могло хоть как-то повлиять на ведьму!

– Лилит, ты подумала о родных? Что с ними будет?

Руки, скованные наручниками, затекли. Ноги ныли."

"– Никто ничего не узнает, милая, – ласково отозвалась девушка, спускаясь кистью по моей шее. – Родители в отъезде, сегодня выходной день у прислуги. Тебя никто не видел, значит, тебя здесь не было. Кто докажет обратное? Извозчику, который тебя довез, мы стерли память.

– Натан! Он же меня видел.

– Дорогая, Натан уже давно видит только то, что нужно мне, – насмешливо фыркнула Лилит. – И делает тоже только то, что хочу я.

– Мерзавка! – я оглядела помещение вновь, надеясь, что меня посетит хоть одна здравая мысль. Как мне выбраться отсюда живой? Или хотя бы послать сигнал!

Тут же вспомнилась сигналка, которую помогла поставить Сарочка.