Во-первых, это не такие большие деньги, а во-вторых, счастливые посетители были для меня гораздо важнее горстки монет, в-третьих, моим работницам они пригодятся больше. Те же Вилма и госпожа Финкерс были немало удивлены моим решением, ведь ранее даже мечтать о подобном не могли, не то что рассчитывать. Возражений со стороны Марии и Триши не последовало, что уж говорить о Кэлионе.

Для первого дня и выручка, забранная из кассы, и чаевые порадовали не только меня, но и персонал. Постучавшаяся в кабинет Триша сообщила о том, что Мария готова задержаться, поэтому я поручила Кэлионе позвать остальных, чтобы выдать первую зарплату.

В этом мире в заведениях, подобных моей кондитерской, было принято выдавать жалованье по истечении дня, а не дважды в месяц и даже не еженедельно. Некоторые владельцы предпочитали переносить выплату на утро, когда выручка предыдущего дня была уже распределена, заодно гарантируя себе тем самым явку персонала, даже если кто-то был недоволен условиями работы и грозился уйти. Я же исходила из того, что вдруг кто-то из моих работниц заболеет, так хотя бы без денег не останется и сможет вызвать лекаря или купить себе лекарств, не говоря уже о том, чтобы прислать записку или устное сообщение с мальчишками вроде Эрва и Тимми, что не придут по уважительной причине. Вручив Трише, Вилме и госпоже Финкерс заработанные за сегодняшний день их кровные, поблагодарила за работу и пожелала доброй ночи, выразив надежду завтра к открытию кондитерской снова всех увидеть. Мы остались с Кэлионой одни, если не считать Марию, приглядывающую за гостями мансарды.

Я заперла кабинет, попросив помощницу подежурить внизу на тот случай, если поступит заказ от официантки, а сама пошла инспектировать зал и подсобные помещения.

Увиденное мной пролилось бальзамом на душу: не ошиблась в нанятом персонале: повсюду царили чистота и порядок, скатерти сняты и сложены в прачечной, стулья подняты, а полы безукоризненны. На кухне также всё отлично: посуда не только ровно стояла на сушилках, но даже раковина была вытерта от брызг.

Вернувшись в зал на первом этаже, я встретила господина Фэйтли, который и в самом деле задержался после закрытия на час, как и предупреждал.

– Благодарю вас за прекрасную возможность не только насладиться вашими чудесными пирожными и чаем, но и тишиной.

Вы даже не представляете, насколько это ценно для меня, госпожа Айвори! – мужчина галантно поклонился, целуя руку в знак уважения.

– Я рада, что наша кондитерская «Подарю вам счастье» действительно смогла сделать вас хотя бы чуть-чуть счастливым, господин Фейтли!

Кэлиона закрыла за ним дверь, а затем вернулась на своё место. Стрелки часов неутомимо приближались к девяти, поэтому я поднялась в мансарду, чтобы проверить, как там обстоят дела.