Вообще-то она была не такой уж старой — лет под тридцать, хотя, возможно, и моложе, просто дурацкий вечный прищур и недовольное выражение лица ее старили. Высокая и худая, но в нашем мире это было бы плюсом, она бы могла зайти за модель. Черные волосы гладко забраны в очень-очень тугой пучок, глаза небольшие, но красивой формы с вытянутыми к вискам уголками, ровный тонкий нос, а губы были бы полными и красивыми, если бы она их постоянно не поджимала.

В голове мелькнуло какое-то воспоминание, пока я скидывала с шеи шарф. Тут Вобла глянула на меня, фыркнула едва слышно и, развернувшись, ушла в комнату.

Я замерла, растерянно перевела взгляд на зеркало, и только тогда сообразила — она ждала, пока я сниму шарф, чтобы проверить мою шею на наличие засосов! Злобно скомкав шарф, я забросила его на верхнюю полочку для шляп, сбросила сапоги и, надев домашние туфли, поспешила следом.

— Госпожа Веленсия, а вам не кажется, что вы слишком много на себя берете?

— Я выполняю свою работу, — гордо ответила она.

— Ваша работа — содержать в чистоте дом, где все мы живем.

— Вот я и проверяю, чтобы никто из жительниц не принес в этот дом какую-нибудь грязь, — прошипела она злобно.

 — Одна позорная история, и тень ляжет на всех жительниц пансиона, разве вы не понимаете? Большинство из них — молодые женщины, даже если и вдовые, они надеются еще выйти замуж, а для этого их репутация должна быть безукоризненной!

— То есть это у вас забота такая: позорить жительниц самой, чтобы этого не сделали где еще? Даже если никто ничего такого не делал и не собирался?"

"— Конечно! Вы что, не знаете историю… а, впрочем, конечно, вы не знаете! — фыркнула она, — вы же приезжая! Так вот, с десяток лет назад в этом районе был другой пансион, его содержала пожилая вдова.

Она была подслеповата и не следила за тем, что делают ее постоялицы, надеялась на их благоразумие. Там жили простые образованные девушки, как и у нас, в основном работницы местных школ и Академии. А потом… — она понизила голос до громкого возмущенного шепота. — Одна из жительниц устроилась в школу для мальчиков! — и замолчала.

— И что же? — не поняла я идею.

— Ну, да, она тоже говорила: что такого, мальчиков ведь тоже надо учить, но там же учились и молодые юноши! И одно дело, если бы она была пожилой женщиной, а она была еще молода.

И в итоге один из мальчиков влюбился в эту учительницу. Вскоре об этом стало известно, и ее уволили. Больше она не смогла найти работу. Она искала другое место, но ее рекомендации были испорчены. Владелице пансиона говорили — выгоните ее, но она жалела девушку, ведь та «была не виновата», — Веленсия будто передразнила чей-то пискливый голос. — Вроде как она не виновата, что флиртовала с учениками, вроде бы это случилось «само собой».