- Мы ведь столько лет друг друга знаем! Олени и всякое такое...

- А, вот ты о чем! - усмехнулся он и, обращаясь к Войнову, добавил. - Да, мы с Настей старые знакомые, в детстве...

- Ну, не просто знакомые, - вновь перебила я, натужно улыбаясь, и легонько похлопала Дениса по руке. - Мы уже, можно сказать, пара.

- Кто?! Мы?! - засранец Гронский выпучил глаза на пол-лица, выдавая нас с потрохами.

- Да, мы, - по-прежнему скалясь, ответила я. - Вот ты и я.

- Не-а, - оторопело запротестовал он.

- Ну, перестань стесняться, котик, - я придвинулась к парню поближе и аккуратно убрала тонкую прядь волос с его лба.

- Твои друзья имеют право знать, что между нами все серьезно.

- Прости, но я не понимаю твоих приколов, - покачал головой он и, повернувшись к Даниилу с Натальей, выдал. - На самом деле вышла довольно забавная история: наши матери решили свести нас вместе и устроили нам свидание, представляете?

- Да что ты говоришь? - Войнов развеселился и выглядел чрезвычайно довольным.

- Да, мол, ни у меня, ни у Насти никого нет, - продолжал уничтожать мою репутацию Гронский. - Почему бы нам не узнать друг друга получше?

Я мечтала, чтобы в эту самую секунду началось мощнейшее землетрясение, и нас всех завалило бы грудой камней.

Или чтобы пришельцы напали на Землю и взяли меня в плен. Или, на худой конец, чтобы за соседним столиком завязалась драка. Я молилась, чтобы произошло хоть что-нибудь, способное стереть с лица Войнова эту гаденькую ухмылку и переключить его внимание.

Но, как назло, вокруг все было мирно и спокойно. Здание не рушилось, пришельцы отложили свой визит, а за соседним столиком сидела супружеская пара пенсионеров.

- Как это мило, - проворковала Наталья. - И что, план ваших мам удался? Между вами пробежала искра?

Только я хотела сказать, что между нами не просто искра, а целое пламя разгорелось, как поганец Гронский с хохотом заявил:

- Увы! Я совершенно не в Настином вкусе. Бедняжка весь вечер пыталась меня отпугнуть, даже вынудила купить вон ту огромную плюшевую игрушку, называя ее сердцем. А вы же знаете, как я к этому отношусь.

- О да! - рассмеялась блондинка. - Ты у нас известный критик всего романтического!

У нее была слишком идеальная, слишком белозубая улыбка.

""Стопудово виниры поставила!"" - злорадно подумала я, представляя, что свои зубы у этой чувырлы кривые и черные. ""Да и сиськи ненастоящие!"" - подбодрил меня внутренний голос.

- А вы, Наталья, чем занимаетесь? - складывая руки на груди, поинтересовалась я.

По-любому, это белобрысая девица работает либо секретаршей, либо стюардессой. Вряд ли в ее голове со свежевыкрашенными волосами поместились бы мозги, способные на более интеллектуальный труд.

- Я аудитор, - сообщила она.