Алексей Петрович – человек был состоятельный, перед отъездом всех одаривал по-царски, понимал небось, сколько неприятностей причинял… Ничего в его кончине загадочного нет!

– А тетка, которая в ванной упала?

Анна Касьянова принялась перекладывать полотенца из одной стопки в другую.

– Римма Михайловна, между прочим, тоже неспроста все время во второй домик просилась…

– Да ну?

– Именно. Женщина пожилая, за шестьдесят уже, а безобразница!

– В каком смысле?

– В прямом, хулиганка! Любовников приводила, я бы постеснялась в эти годы! И ведь представьте, самой-то уж в могилу пора, а с мальчишками связывалась! Один другого младше.

В последний раз приехала просто со школьником, по-моему, у него и усы еще не росли. Вошла к директору и поет: «Добрый день, Алла Михайловна, вот, с племянником к вам!» Ой, мы прямо обсмеялись все. Хорош родственничек! Да она его из кровати не выпускала. Ясное дело, разве может старческий организм подобные перегрузки выдержать? Пошла наша сексуальная львица в ванную, напустила пару, а паренек, бедняжка, мигом заснул. Заездила его бабулька. Помылась она, значит, давление и скакнуло. Мигом мозговой удар случился. Нам в милиции потом объяснили, что она уже на пол падала мертвой. Сосуд в голове разорвался, и кранты. И опять ничего удивительного, закономерное окончание событий.

– Ребенок-то, который утонул, он, надеюсь, не пил и не вел беспорядочную половую жизнь?

Анна Касьянова отмахнулась.

– Ну вы сказали! Мальчонка крохотный, годик всего. Только снова любому было понятно: не жилец он был.

– Почему?

Кастелянша тяжело вздохнула.

– При таких родителях… Матери едва семнадцать исполнилось, да и отцу чуть больше.

Сами еще дети, ну зачем им сынишка! Они не слишком за ним приглядывали, да и раздражал их мальчонка. Пару раз в столовой я видела, как они ему оплеухи раздавали, это младенцу! Знаете, как они во втором домике оказались?

– Нет.

– Сначала жили в корпусе, в обычном номере, причем самом дешевом. А потом, дело летом было, народу понаехало много, почти все с детьми, жаловаться их соседи начали. Мол, спать невозможно. Мальчишка всю ночь напролет кричит, прямо заходится, у людей дети просыпаются.

Алла Михайловна заглянула к молодым родителям и попросила принять меры.

Но мать ответила:

– Еще чего, буду я ночью вскакивать, повизжит и заткнется. Кстати, я сплю спокойно, нечего соседям придумывать.

Алле Михайловне осталось только уйти. Но потом ударила жара, народ начал распахивать на ночь балконы, и жалобы полились рекой. Детский нервный крик слышен был во всех номерах не только первого, но и второго этажа. Тогда директриса приняла соломоново решение. Предложила беспечным родителям переехать в коттедж, пообещав, что он будет стоить им, как номер.