— У тебя совесть есть? Мы уже и поели, и попили, и погуляли, и снова сели кофейком наливаться, а тебя все нет! — пожаловалась Ирка, когда я наконец присоединилась к ним в кафе.

— Какая разница, есть ли у меня совесть? У меня есть это! — Я раздвинула круглые подносы с выпечкой и стаканами, освобождая место в центре стола, и торжественно положила туда серый сверток.

Крафтовая бумага не диссонировала со стилизованной под коричневатый пергамент упаковкой круассанов и слоеных пирожков. А вот содержимое выглядело инородным и буквально притягивало глаз.

— Ух, ты! Настоящее золото? — Ирка потянулась поскрести слиток ногтем.

Я шлепнула ее по руке.

— Как тебе сказать… Сверху самое настоящее — Марфинькина серьга 999-й пробы. Боря сделал гальваническое золочение.

— Золочение чего? — Мудрая тетушка рассматривала слиток, не делая попыток к нему прикоснуться.

— Свинцовой отливки.

— Золото тяжелее свинца, — напомнила тетя. — Значит, подделка весит не килограмм, а намного меньше?"

"— Не намного. — Я придвинула свободный стул и села. — В свинец Фаберженок от души напихал вольфрамовой стружки и сделал слиток потолще: не девять миллиметров, а двенадцать. Но мы же не думаем, что похитители кота придут с безменом и штангенциркулем, будут тщательно взвешивать и измерять наш слиток? Тем более они своими глазами видели в сейфе настоящее золото.

— Этот тоже с виду как настоящий. — Марфинька откровенно любовалась подделкой.

— А где правильное золото? Покажи, давай сравним! — загорелась моя подруга.

— Вот еще! Чтобы мы их тут перепутали?! — Я помотала головой и погладила внутренний карман пиджака. — Настоящий слиток у меня здесь. Завернут в газетку «Петербургский дневник», положен в целлофановый пакетик и еще помечен: я один угол красной эмалью для ногтей мазнула. Не сильно, потом пятнышко жидкостью для снятия лака сотрем… А это чей круассанчик лежит, я возьму, можно? Проголодалась за трудами неправедными.

Продолжать гулять по городу с килограммом золота в кармане было бы неразумно, и из кафе мы с Иркой направились прямиком к месту нашего временного размещения.

Федоскина при виде двух одинаковых слитков искренне изумилась:

— Вот это да! Вы удвоили капитал за каких-то три часа?!

— Что вы, мы не настолько гениальные инвесторы. — Я отодвинула на край стола фальшивый слиток и приблизила к старухе настоящий: — Это чистый драгметал, его спрячьте в сейф. А золоченого барашка в бумажке завтра отдадим за Бегемотика.

Глава 7

Ночью было ветрено, и из глубины квартиры доносилось пугающее завывание. Я подумала, что надо настоятельно посоветовать Галине Андреевне герметично заложить пролом в стене кладовки крепким кирпичом.

Музыкальный свист ветра нервировал, мешал спать, и не только мне.