До пенсии ему оставалось меньше пяти лет, но он до сих пор был в гораздо лучшей форме, нежели половина сотрудников управления.

— Думаю, я все-таки буду скучать по всем вам.

— Ну, грустить пока рано. Ты ведь уезжаешь только завтра. А пока можешь оказаться полезным для нас. — Энди хотел было сказать, как он рад оказаться полезным, но Келли уже объяснял, что нужно делать. — Сегодня утром в Сари-хиллз, за мусорным контейнером, был обнаружен труп девушки. Она пролежала там несколько дней. Похоже на убийство на сексуальной почве. Может, речь идет о серии. Я хочу попросить тебя о помощи. Проконсультируй ребят из отдела, пусть поучатся у тебя, пока ты нас не покинул.

Консультации по уголовным делам составляли суть будущей работы Энди. Больше ему уже не суждено было работать в команде.

— Спасибо, сэр. Кто обнаружил труп?

Если мертвое тело пролежало несколько дней, запах должен был быть слишком сильным, особенно с учетом высоких температур февральского лета.

— Отправляйся туда с Кассиматисом. Там будет Петерсон, у него все узнаешь.

Келли протянул ему листок с адресом.

— Да, и постарайся завтра выспаться в самолете. Вид у тебя усталый.

Энди кивнул. Он понимал, что безрассудно тратит энергию и силы, но остановиться уже не мог."

"— Мм, сэр, с Деллером все будет в порядке? — спросил он, прежде чем уйти. Деллер не был ему другом, но был коллегой по работе, и Энди хотел убедиться в том, что ему не придется разруливать ситуацию, которая была вне его контроля.

— Не переживай за Деллера, — успокоил его Келли. — У тебя своих проблем хватает.

* * *Энди и Джимми съехали на обочину у въезда в проулок, перекрытый лентой полицейского оцепления. Энди заглушил мотор и открыл бардачок. Чертова мигрень. Он высыпал на ладонь две таблетки аспирина и, не запивая, проглотил их.

— Ладно, пойдем проверим, что там творится, — проговорил он и вышел из машины.

В грязном проулке, где произошло убийство, ощущался тошнотворный запах, исходивший не только от мусорной свалки, но и от трупа. Энди был рад хотя бы тому, что не запланировал на сегодня сытный ланч. Он нырнул под бело-голубую ленту оцепления, Джимми последовал за ним. Хотя они только что позавтракали, Джимми уже жевал батончик «Марс». И бурчал что-то себе под нос по поводу зловония.

Джимми работал с Энди уже много лет, и они стали практически неразлучны, несмотря на некоторые странности Джимми. И вовсе не цветистые греческие словечки и восклицания, которыми Джимми щедро пересыпал свою речь, выдавая их за французские, порой раздражали Энди, и даже не полное отсутствие амбиций у напарника. Все дело было в его отношении к еде. Даже в такой помойке Джимми продолжал жевать свои «Марс», причем без обертки, так что шоколад таял на его пальцах.