На дне смятой картонной коробки она обнаружила остатки мюслей, но молока для них не нашлось. Не было также ни яиц, ни фруктов или йогурта — да даже хлеба. Ничего, чем можно было бы слегка закусить. Единственный вариант завтрака обеспечивали Vegemite и водка. Это уж слишком.

Из спальни Дрейсона и Лулу не доносилось ни звука, так же, как и из комнаты Марун. Мак даже не была уверена в том, что Марун дома.

Мм…

КОНЕЧНО, ответила она эсэмэской, чувствуя, как ноет сердце. Да, Мак хотела увидеть Буги, но в то же время понимала, что ее мотивация не совсем невинна. Все нормально, уговаривала она себя. Тебе нужно расширять круг знакомых. Ничего плохого в этом не было. Буги знал, что она связана отношениями с другим мужчиной — в конце концов, она сама в этом призналась еще в первый вечер. А то, что они вместе смотрели стриптиз, а вчера его руки прикасались к ней во время массажа, пробудившего в ней чувственность, ровным счетом ничего не значило. Она же не провоцировала его, и не он довел ее до оргазма. Буги даже рядом не было в этот момент. Это было интимное действо. Он просто был одним из новых приятелей Лулу. Ничего особенного. Никто никого не обманывал.

БУДУ ЧЕРЕЗ ПОЛЧАСА.

Мак прочитала сообщение, и сердце подпрыгнуло от радости. Она бросилась в душ, привела себя в порядок и надела черные брюки и накрахмаленную белую рубашку. Оглядев себя в зеркале, она передумала и переоделась в старые поношенные джинсы, футболку и черные сапоги. Вполне «кэйжал».

Проклятие.

* * *Мак стояла у подъезда дома, укрывая шею поднятым воротником пальто. Было холодно. Ей не хотелось будить Дрейсона и Лулу, поэтому она спустилась вниз, чтобы сделать несколько звонков в ожидании Буги.

Горькие мысли, связанные с Энди, омрачали ее настроение.

Мак испытывала дискомфорт из-за своей психологической неверности. Она жила с Энди, но, занимаясь мастурбацией, думала о другом мужчине. Возможно, в этом не было большого греха, но ведь она согласилась позавтракать с этим мужчиной. Пусть даже все это было невинно и естественно, она все равно не могла избавиться от чувства вины.

— Флинн, — услышала Мак в трубке голос Энди.

— Привет. Как ты?

— Хорошо.

— Я хотела поймать тебя, прежде чем начну свой трудовой день. — Она щурилась от ветра. — Вчера вечером пыталась тебе дозвониться. — Мак угнетало сознание собственной вины, пусть даже ее маленькое предательство было лишь игрой воображения, тем более что полтора часа блаженства, подаренного руками Буги, вряд ли можно было считать сексуальным опытом. Разумеется, она не собиралась рассказывать Энди о массаже. И это было верным индикатором того состояния, в котором она пребывала.

— Разве? Я получил только твое сообщение.

— Ах, да, верно. — Мак покачала головой. Идиотка. — Как ты долетел?

— Отлично.