«Перышки» к ужину были не просто дежурным блюдом: это был сюрприз, хотя и не слишком аппетитный.

Он так удивится.

— Энди…

Она обняла его, и ее тело с благодарностью откликнулось на это прикосновение. Ростом в шесть футов и четыре дюйма, Энди был одним из немногих мужчин, на кого ей приходилось в буквальном смысле смотреть снизу вверх — это она находила в высшей степени волнующим. Ее рост составлял шесть футов, и сейчас, когда она стояла босиком, Энди заметно возвышался над ней.

Она вскинула голову и взглянула на него.

— Как прошел день? — поинтересовалась она. Мак не терпелось поскорее проводить Энди в столовую. Он должен был изумиться — свечи и все такое.

— Да, хорошо, спасибо, — пробормотал он. — Знаешь… мне уже не терпится окунуться с головой в это дело. — Действительно, постоянно возникающие заминки, связанные с недостатком финансирования, колебаниями политического курса, сменой приоритетов в федеральной полиции, утомляли, но сейчас Энди наконец выходил на финишную прямую в создании своего детища: профессиональной службы по расследованию серийных убийств, что, собственно, и было его коньком. Подразделение должно было базироваться в Канберре, столице страны, и программа его деятельности координировалась академией ФБР в Квонтико, штат Вирджиния. Энди предстояла трехмесячная стажировка в академии, куда он должен был отбыть в ближайшие дни. В круг его будущих обязанностей входили расследование наиболее жестоких серийных убийств, подготовка кадров и общее руководство практической работой. Назначение было заметным шагом в его карьере и открывало широкие перспективы. Именно о такой работе он всегда мечтал.

— Все, расслабься, снимай куртку… — начала Мак.

Но Энди нахмурился.

— Там, в Пирмонте, была перестрелка — знаешь, где раньше находился участок водной полиции, — отрывисто произнес он, и в его голосе прозвучали тревожные нотки. — Извини, но я должен бежать. Только рубашку переодену.

Улыбка померкла на губах Мак, как только она поняла, что ее романтическим планам не суждено сбыться. В груди защемило.

Энди ослабил узел галстука.

— Я весь перемазался, — проговорил он, снимая пиджак, под которым оказалась бледно-голубая рубашка, вся в красно-коричневых пятнах. — Мальчишка погиб, лишился головы, перепрыгивая через забор, когда убегал от Деллера. До сих пор не могу поверить.

— О… — Мак отстранилась от него, осознав, что рубашка, вероятно, испачкана в крови ребенка.

Энди перевел взгляд на рубашку, вспоминая события, которые так взволновали его, и плотно сжал губы.

— Они лишь хотели его допросить.

Только без подробностей, мрачно подумала Мак.

Попятившись назад, Мак удалось незаметно прикрыть ногой дверь в столовую, чтобы Энди не увидел сервированный стол для ужина при свечах.