Прими происходящее как данность и крепче сомкни уста…»

– Что я и делаю, – кисло согласилась всхлипнувшая еврейка, а мгновением позже она уже горько рыдала на плече у обалдевшего эльфа под равнодушными взглядами фланирующих мимо нимфей…

Может быть, Миллавеллор и был законченным наркоманом, самозваным претендентом на трон, болтуном и начитанным пустобрёхом, но в его эльфийской душе проснулись не тронутые доселе отеческие струнки. Он успокаивающе похлопывал бедную девушку по спине, а сам изо всех сил вытягивал тощую шею, дабы узреть наконец, куда подевался этот клятый подъесаул, дабы сказать ему: «Смотри, до чего ты довёл это невинное дитя с автоматической винтовкой „галил“…» И чтобы казак Кочуев пристыженно опустил голову, горько покаялся, а потом на глазах у всех два возлюбленных сердца соединились.

Увы, до этого дело не дошло… Бурные слёзы бывшей военнослужащей были прерваны истошным девичьим визгом! Обнажённые нарциссоманы удивлённо повернули головы к озеру…

– Кто-то испугал нимфею, – упавшим голосом объявил эльф. Его худшие предположения подтвердились, поскольку почти в ту же минуту раздался яростный рёв дикого зверя!"

"– Таки похоже на смесь льва, медведя и носорога, – нехотя вытерла слёзы Рахиль.

 – А почему никто не прячется?

– Им нечего бояться своих. Это рёв нимфеи, я же говорил, от испуга они становятся сущими демонами!

– Значит, это не в фигуральном смысле? А Ваня-то и не знает…

– Боюсь, что уже знает…

– Таки, мамочка-а, ой… – въехала наконец-то догадливая израильтянка. Но надо отдать ей должное – время на размышления, стенания, обмороки и прочие женские глупости она тратить не стала. Нет, горбоносая героиня нашего романа вскочила на ноги, мигом оправила форму и, перехватив «галил» в положение «стрельба от пояса», ринулась вперёд.

Высокомерные нимфеи старательно уступали ей дорогу, особенно после того, как она буквально сбила двоих головой в пузо. Рёв или рык продолжался, не усложняя поиски направления, но, когда запыхавшаяся Рахиль выскочила на злополучный берег, её глазам предстала ужасающая картина…

Прямо на песке, у очень одинокой сосны, в ярости металась женоподобная тварь с дикобразовыми иглами на хребте и оскаленной мордой самой уродливой макаки на свете! В её красных глазах горела жажда крови, когти врылись в песок, а между мускулистых лап потерянно валялась новенькая казачья фуражка с ярко-жёлтым околышем…

– Ваня?! – плаксиво выдавила бедняжка и почти без чувств осела наземь.

Беснующееся чудовище уставилось на неё пылающим взглядом…

– Ванечка, это вы или это таки вас съело?

В ответ раздался всё тот же ужасающий рёв! Капли жёлтой слюны, шипя, почти долетели до убитой горем еврейской военнослужащей.