Он опять какую-то дрянь курит…"

"– Дети мои, – неожиданно вскинул брови пожилой претендент на эльфийский престол, – а почему вы, собственно говоря, голые? Может, я… в смысле помешал? Может, вы тут собирались… Так не надо церемоний, я видел всякое, и вряд ли ваши брачные игры на свежем воздухе откроют мне что-то новое. Хотя-я…

…Рахиль выстрелила прежде, чем Иван успел ей помешать…

Глава двадцатая

О том, что иногда Муза приходит не только с творческими намерениями, но и просто как женщина. Что тоже бывает очень приятно-о…– Труп?

– Не-а, банальная передоза…

– Не надо меня успокаивать!

– Можешь сделать контрольный выстрел…

Надо признать, что от последнего предложения гневливая дочь еврейского народа отказалась с большим трудом.

Короткая очередь хладнокровного «галила» взрыла песок перед сапогами Миллавеллора, не задев его, но эльф почему-то предпочёл рухнуть. Его окурок почти догорел, а сложносоставной аромат не давал ни малейшей надежды на определение того состава трав, которым остроухий философ набивал косяк. Дыхание его было ровным, глаза полуприкрытыми, а разум витал в столь заоблачных далях, что взывать к нему было абсолютно бессмысленно. Хотя, собственно, никто уже и не пытался…

– Ваня, не оборачивайтесь.

– Что? Опасность?! – Подъесаул невольно вздрогнул, крепче сжав рукоять шашки. – Где враги? Сколько их?

– Таки ни одного. Просто я пошла переодеваться.

Теперь уже Иван огромным волевым усилием заставил себя не подглядывать, ну разве только одним глазком… самую чуточку, но… поздно. Рахиль скрылась в кустах спасительной зелени, так сказать, самыми интригующими частями, оставив в зоне видимости лишь кудрявый затылок, шею и левое плечо.

Молодой человек вынужденно счёл, что и его форма достаточно просохла. Встретились через пять минут у того же распростёртого эльфа.

– Судя по окурку, он попал сюда первым и наверняка видел, как змеюка выплюнула нас по ходу движения.

– Логично.

– И, возвращаясь к теме нашего разговора, таки эту прелесть нам тоже дали в нагрузку, испытания ради?

– Выясним, когда проспится. А сейчас мы… не оборачивайся!

– Что? Опять враги? Где, сколько, чем вооружены?

– Практически ничем. Но тебе всё равно не понравится…

– О нет… – застонала израильтянка, до предела скосив глаза, – только не это, только не это, боже!

С противоположного берега круглого озерца на них чуть удивлённо смотрела совершенно обнажённая девушка.

Сказать, что она была красива – значило бы просто солгать или не сказать ничего… Она была сногсшибательно хороша! Великолепно сложенное молодое и крепкое тело, изумительное лицо без малейших признаков косметики, роскошная золотистая грива волос, мягкая, доверчивая улыбка и совершенно по-детски открытый взгляд.