Рядом с ним уютно и тепло, спокойно и все проблемы уходят на второй план, давая возможность спокойно вздохнуть. С ним…

Тихо икнула, уставившись круглыми глазами на по-прежнему молчавшего парня. Мира, Мира, Мира! Где ж Череп с Психом так ошиблись, что тебя тянет к совершенно постороннему человеку, с которым тебя не связывает ничего, кроме нелепого знакомства и стаи собак, отчего-то решивших, что ты им нравишься! И надо тебе эту головную боль? Между вами определенно целая бездна разницы в социальном положении, мировоззрении и вообще!

Не твой это пассажир, Каркуша. Определенно.

Цыц, юная, романтичная особа, за каким-то чертом все еще живая во мне!

— Ну, так я пойду, да? — улыбнувшись как можно вежливее, я развернулась, собираясь малодушно дать деру, пока взбесившееся подсознание не успело придумать еще чего-то кроме симпатии к кудряшке.

Знаю я себя, воображение дикое, фантазия неконтролируемая, а с последствиями потом справляться придется долго, нудно и не совсем безболезненно. Череп по головке за такое не погладит точно, а если еще и Сеня узнает…

Что именно будет, если Псих окажется, внезапно, осведомлен о моих наивных мечтаниях, я так и не успела додумать.

Меня перехватили за локоть и резко развернули лицом к собеседнику, оказавшемуся так близко, что еще немного и я банально уткнусь носом в шею парня. Про то, что я против этого ничего не имею, уточнять, наверное, не стоит.

Впрочем, весь романтический флер произошедшего тут же канул лету, стоило Эрику склониться чуть ниже и вполголоса кое-что сказать. После чего я еще минуту глупо хлопала глазами, прежде, чем ошарашенно пискнуть:

— Что?!

* * *Наверное, это была глупая идея. Нет, не наверное, а точно было совершенно не обязательно вполголоса шептать девушке о том, что у нее окончательно и бесповоротно испорчена куртка.

И уж совсем не стоило смеяться над этим комичным выражением безграничного ужаса на лице Мирославы, когда она увидела результаты собачьей любви к себе родимой. Рванная дырка и четкие отпечатки собачьих лап по всей спине, конечно, придавали определенный шик одежде, но окончательно привели ее в негодность, судя по возмущенному воплю Мирки.

Но что поделать, хорошая мысля всегда приходит опосля. И теперь Эрик пытался уйти от справедливого возмездия, петляя между лавками и кустами, стараясь не запнуться обо что-нибудь.

А вредные хаски, расположившись на небольшой лужайке неподалеку, с удовольствием следили за происходящим, иногда радостно тявкая и активно помахивая хвостами. Попыток защитить собственного хозяина они не предпринимали.

По мнению их хозяина, оно и к лучшему. Лишь бы помогать не кинулись…

— Эй, за что?! — зазевавшись, он не заметил, как ему прилетел подзатыльник. И теперь обиженно смотрел на недовольно пыхтевшую девушку.