— Как же мы мечтали с Явой, что наступит день и роды Элвэ и Сорг породнятся, но увы! Обстоятельства складывались не в нашу пользу.

— Тут еще гости, — тихо сказал энфине Яванне незаметно подошедший Робби.

— Так зови же его! Зови! И диванчик поставь и мяса побольше, как он любит, не прожаренное, — засуетилась бабушка.

— Боюсь, это не тот гость, о котором вы подумали, — предостерег ее андроид.

— Кто же там? — удивленно захлопала глазами Ява.

— Друзья вашей внучки, полагаю, — чопорно ответил робот.

— Ох, с появлением Али стало так интересно жить! Всегда полный дом чудесных людей! Зови же их! Зови! — воскликнула она.

 — И поставьте еще приборов. Давайте, наконец, поужинаем.

Двери столовой распахнулись который раз за вечер, пропуская… Серафиму Дормидонтовну, Жорку, Айю и неизвестного нам астерийца с сединой в синих волосах.

— Доброго вячарочку вам в избу! — разулыбалась энфина рода Селедкиных.

Хорошо дома, когда все дома.

Глава 17

За столом завязалась непринужденная беседа. Седовласый астериец оказался отцом Айи, недавно прошедшим первую в истории его планеты процедуру множественного развода.

Действительно, мужчина выглядел счастливым и вполне довольным жизнью. Он быстро сошелся в разговоре с прабабушкой Машей, намекнув, что на Астерии ему довелось повстречаться с ее тезкой. Конечно, все смеялись, когда Айа в подробностях расписала козлиный бунт и героическую роль козы бабы Симы да и самой хозяйки. Старушка раскраснелась, доказывая, что ее рольне так уж значима, но похвала жены внука ей была приятна. Это чувствовалось. Моя родственница тихо попросила с животным ее не ассоциировать и называть «просто Мария», на что отец Айи тут же согласился и с придыханием повторил по просьбе новой знакомой землянки ее имя несколько раз с таким придыханием, что бабушка Маша смутилась. Далее они долго беседовали на философские и, такие близкие прабабушке, музыкальные темы. Да так увлеклись, что до других гостей им просто не было никакого дела.

О событии, предстоящем завтра, никто за столом не заговаривал. Обе эленмарские энфины рассказывали маме о жизни на этой планете, а она слушала их, открыв рот, и впитывала, как губка. Разумеется, это очень не нравилось папе. Он то и дело вклинивался в их беседу, умело переводя разговор на необходимость и полезность мужского контроля или хотя бы равноправия.

Что ж, удачи тебе, папочка! Женщины Эленмара за столько сотен лет вынужденного матриархата отрастили себе такие аргументы на этот счет, что тут все мужчины галактики не справятся. Где уж тебе одному. Тут словами и спорами не поможешь. Должны измениться обстоятельства и только тогда начнут неизбежно меняться и женщины. Хотя, кто сказал, что ничего не изменилось? Эленмаркам стоит задуматься.