— Как так получается, что мы работаем с утра до вечера, а количество несделанных дел всё больше и больше становится?

— Вон у Ильиничны спроси, — здоровяк указал на сидящую за соседним столом таверны Клаву.

— А я чего? — встрепенулась та, не донеся ложку с ухой до рта. — Я только от Синицына приехала. Вчера девятнадцать человек было, сегодня тридцать два. Еле в автобус влезли.

— Вот я и говорю! — снова заговорил Ваня. — Работаем с утра до вечера, народ каждый день прибывает, куча наёмных людей, а дел всё больше и больше.

— Это называется прогресс, — крикнул с дальнего стола Свят.

— И скажи спасибо, что монстров убивал, а не туши их сейчас в фарш перемалываешь и землю ими удобряешь.

— Фу, Свят, мы же едим! — Клава поморщилась, но это не помешало ей с аппетитом отправить в рот очередную ложку ухи.

— А чего это мы такие нежные? — рассмеялся помощник барона. — Что ты не будешь хлебушек есть, который из того зерна, что сегодня соберём, испечём? Пшеница, между прочим, так быстро созрела в том числе из-за удобрений из монстров.

— Это другое!

— А когда, кстати, жать-то будем? — спросил Ваня. — Даст Синицын комбайн?

— Через час приедет уже, — кивнула Клава.

— Не знаю, что там ему Дмитрий Николаевич сказал, но, когда я графу про него напомнила, мне показалось, что он сам готов за руль сесть, лишь бы нашего барона не расстроить.

— Просто наш барон очень вежливый человек и ему трудно отказать, — усмехнулся Свят, и тут него на поясе заверещала рация.

— Внимание всем! Побег из тюрьмы.

Таверна наполнилась грохотом падающих скамеек и звоном посуды. А в дверях на несколько секунд образовалась пробка.

Свят сидел ближе всех к выходу и вылетел первым, проигнорировав калитку, он с ходу перемахнул через забор, пересёк дорогу, перепрыгнул второй забор и оказался на нужном участке.

— Мила, отойди! — рявкнул он, выхватывая пистолет.

— Не стреляйте! — крикнула девушка, расставив руки в стороны.

Она стояла на крыльце тюремного домика, а за её спиной высился харитошин мутант, называющий себя Максимом.

Монстр был просто огромным, его грудь взволнованно вздымалась, а с рук и ног свисали обрывки цепей. При этом его лицо выглядело каким-то по-детски удивлённым, а привыкшие к темноте глаза он щурил от солнца.

С каждой секундой гвардейцев становилось всё больше, как и направленных в голову мутанта стволов.

Свят понимал, что в принципе снять его, не причинив вреда Миле, они могли без проблем, но…

— Не стреляйте! — снова крикнула девушка. — Он не собирается причинять никому вред!

— Не стрелять! — приказал прибежавший Влад и вышел вперёд. — Мила, что происходит?

Девушка открыла рот, но тут на удивление высоким, почти подростковым голосом ответил сам Мутант.

— Я хочу помочь кормилице и её друзьям.

— Помочь? — Влад снова посмотрел на Милу.