Я пришла в себя, когда на небе уже загорелись первые звезды. Лесар развел костер и что-то жарил над огнем. Стоило мне открыть глаза, как он почувствовал.

— Голодная? — спросил муж.

О еде даже думать не хотелось.

— Пить очень хочется, — призналась я, и страж тут же передал мне флягу.

— Я перенес их тела, нужно заложить камнями, чтобы хищные птицы не потревожили их вечный покой, — произнес Лесар.

— Я помогу.

Он не возражал. И мы снова работали, поднимая камни, укладывая глыбы на тела наших почивших товарищей. Действия эликсира давно закончилось, а Уросс и Тюри так и остались белокрылыми, словно остановив время.

Мы молчали над их последним ложем. Слез не было, но была грусть. Чистая, как слеза ребенка.

— Не сговариваясь, мы взялись за руки и взмыли в небо. Еще рано собирать артефакт, но пора взять то, что нам оставили древние, — сказала я мужу.

— Ты хочешь открыть башню первородных? — догадался муж.

— И вооружить стражей.

Лесар кивнул. До самого замка Мидр мы больше не проронили ни слова. На протяжении всего пути я вспоминала бал и наши с Настасьей попытки рассмотреть предателей. Теперь мне было понятно, почему ни она, ни я ничего не нашли.

Что ж, время еще есть. Придумаем новый способ, изменим стратегию, тактику и обязательно вычислим всех, но сначала поддержим Светлану.

Дом встретил тишиной, теплом, уютом. Лойс оставила два стакана молока и тарелку сдобного печенья, чему особенно обрадовался Лесар.

Горячая вода смыла все тяготы путешествия, не оставляя сожалений, несмотря на то, что цели мы не достигли. Мягкая кровать примирила с действительностью, а поцелуи мужа… Поцелуи мужа дарили радость.

Томные ласки, сладкие стоны, единение тел, душ и сердец… И тем неожиданнее прозвучал вопрос Лесара:

— Не сбежишь?

— Не сегодня, — ответила я.

А он… Он закрыл глаза и… уснул.

Я понимала, что усталость берет свое, что путешествие оказалось труднее, чем мы думали, но все равно обижалась. Вернее, огорчалась. Ведь именно сегодня, когда между нами не осталось тайн, когда мы оба столько пережили вместе, когда слились воедино и в бою, и в любви, я ждала тех самых слов… нужных каждой женщине, волшебных, вечных.

Я отвернулась, чтобы не беспокоить Лесара, и, уткнувшись в подушку, тихо всхлипнула. Почти сразу горячая ладонь легла на талию. Муж обнял и притянул меня к себе.

— Что случилось, мое легкое перышко? — хрипло спросил он.

— Ничего, — ответила я, потому что ничего, что я ждала, действительно не случилось.

— Инни, девочка моя бесценная, я люблю тебя так сильно, что просто с ума схожу, когда ты отворачиваешься от меня и плачешь.

Мужчины… А начать с этого нельзя было?

— Я не плачу, — прошептала я, поворачиваясь к Лесару. — Я тоже тебя люблю.

Мини-эпилог

День бала — испытание для всех.