Она растворилась в пространстве, превратившись в светящееся марево. Тело Светки пролетело сквозь него, а за ним последовала и я, отчетливо осознавая, что вот они, мои последние мгновения жизни.

— Черт побери! Где книга?! Она же летела вниз! — раздался голос Влада.

— Понятия не имею, — ответил сиплый и крикнул: — Менты!

Где-то совсем недалеко выла сирена, а потом вдруг все прекратилось и наступила тьма.

Глава 3

Приснится же такое!

Я уже несколько минут, как проснулась, но глаза открывать не спешила, все еще находясь под впечатлением от странного, страшного сна. Такая чертовщина кого угодно напугает. Если бы все было правдой, то я бы сейчас лежала, истекая кровью. Но дискомфорта не было, болевые ощущения отсутствовали, и, вообще, хотелось петь и смеяться. Впрочем, никто мне не мешает. Вот только проверю, все ли хорошо у Светки, и сразу спою что-нибудь жизнеутверждающее и соседей раздражающее.

И я открыла глаза…

И сразу закрыла. Даже зажмурилась и помотала головой, чтобы потом распахнуть их вновь. Но ничего не изменилось. То, что находилось вокруг меня, было чем угодно, только не привычным домом.

Находилась я то ли в замке, то ли в музее. Стены из плотно подогнанных огромных каменных глыб прикрывали гобелены. Их точно сделали не на производственном станке, а какая-то искусная мастерица корпела над полотнами несколько лет кряду.

Мебель. Ну, что сказать, посещать бывшие дворцы бывших правителей мы со Светкой любили. Я и сама порой представляла себя принцессой, но даже подумать не могла, что мне когда-нибудь представится возможность полежать на ложе, застеленном вышитым бельем, мехами, шелком и еще бог знает чем. Четыре статуи в виде крылатых мужчин поддерживали крышу с пологом. Занавеси были раздернуты, и открывался вид на арочные витражные окна. Цветные стекла использовали как мозаику, и в проемах получились настоящие картины с крылатыми людьми в главных ролях. Что это дизайнера так на теме ангелов зациклило?

Горел уютный камин. Тоже, конечно, резной и с ликами. Вернее, с мордами совершенно неузнаваемых животных. Сказочных или мистических, кто же их разберет? Мне бы понять, где я вдруг очутилась. Не дом, не больница. Ну не в раю же я, в самом деле!

И тут я увидела женщину, а точнее, даму. Года преклонные, платье старинное, дорогое, за спиной странный плащ. Она сидела на табурете перед подставкой с полотном, натянутым на пяльцы. Очевидно, старушка вышивала до того, как ее сморил сон.

Будить пожилого человека было совестно, но и своевольничать без позволения хозяев плохо, и я решилась.

— Уважаемая, — тихонько позвала старушку. — Уважаемая…

Слова звучали как-то непривычно. Пожалуй, я даже не смогла бы объяснить, в чем подвох, но чувствовала его интуитивно.