На его столе зазвонил телефон, требовательно и начальственно. Мне представился витающий в виде джинна над аппаратом дух Виктора Генадьевича. Царевич потянулся к трубке через меня, словно намеренно касаясь бедром и животом, обжигая близостью. Мою руку так и не выпустил. Поднял трубку и сказал:

– Да! Пап? Всё в порядке. Да не парься. Зайду. Ладно.

У меня по коже пробежали мурашки – надо быть страшно смелым человеком, чтобы со старшим жирафо-львом разговаривать таким тоном. Трудно даже представить, что ВГ можно назвать папой. Ой, а Машеньке он ведь дедушка! Мурашек на моей коже стало в десятки раз больше.

– Замёрзла? – спросил Андрей, сев обратно и забирая в лодочку из своих ладоней мою похолодевшую кисть.

– Так…

– Катерина Валерьевна, – с озорной улыбкой спросил Андрей, – меня труба зовёт к делам. Но вы позволите пригласить вас на обед?

Я моргнула. Ведь все увидят… Хотя если ему на всех плевать, а мне, мне очень хотелось побыть с ним ещё. Я кивнула и сползла со стола. Совершенно не элегантно. Андрей ещё раз коснулся моих губ, и подмигнул:

– Теперь утро правильное! Хорошего дня!

– И тебе, – выдохнула я.

Он поправил галстук, одёрнул пиджак, а я расправила платье. Мы вышли из кабинета вместе. Андрей на третий этаж – на ковёр к отцу, я – вниз по лестнице из поднебесья в свой отдел. Голова до сих пор кружилась, ноги были будто не моими, и казалось, что все сотрудники видят, какая я вся зацелованная. Но мне, как пьяной в ночном кабачке, было почти всё равно. А я ведь хотела уволиться…

Пожалуй, мне нужен чай. Или кофе. А то я не переведу ни строчки, а на экране так и висит дополнение к договору с немцами. Я услышала разговор Анжелы с Аней. Наша грудастая ивент-менеджер рассказывала:

– Вчера я была тренинге для повышения самооценки. Меня ВГ послал посмотреть, подойдёт ли такой для наших сотрудников, ну и как вообще учат в этой школе. Знаешь же его манечку обучать? Так вот, можешь представить, кого я видела?

– Кого? – поинтересовалась Аня, рассматривая образцы новых ручек к школьному сезону. Да-да, несмотря на апрель, «Жираф» уже делал заказы к сентябрю, а Новый год уже весь заказали. Почти весь. По крупному заказу должен был договориться с китайцами царевич, но поездка отменилась, возможно обойдёмся теперь без шанхайских безделушек.

– Лану Гринальди! – воскликнула интонационно Анжела. – Этой акуле самооценку захотелось повысить! То-то я смотрю, она в ней нуждается: вышла, дверью своего Порше хлопнула, меня чуть с ног не сбила и потопала, кобыла грациозная, на тренинг. Самоценку повышать, бедненькая. Наверное, думает, что фиалка!

Я аж развернулась в изумлении. Аня тоже оторвалась от ручек. Анжела увидела мою реакцию и усмехнулась, отчего-то не съязвив.

– Обалдеть, – сказала Аня.

– Ага.