— Да, высоко, и потому думаю, что сама она не перестала бы навещать нас, — сказал Ли и добавил: — Соскучился я по ней. Попроси ее зайти ко мне.

— Уходит она, я же сказал.

— А ты догони. Скажи, что я скучаю и хочу ее видеть.

— Вернемся к разговору об отцовских глазах? — спросил Кейл.

— Не стоит.

— Может, поговорим об Ароне?

— Тоже не стоит.

3Все переменки на следующий день Абра была среди подруг, и, лишь выйдя из школы после занятий, Кейл увидел, что она идет домой одна. У ближайшего угла он свернул на параллельную улицу, обежал квартал и, рассчитав время, выскочил из переулка как раз перед идущей Аброй.

— Привет, — сказал он.

— Привет. Значит, мне не показалось, что ты сзади крадешься.

— Не показалось. Я квартал обежал, чтобы подкараулить тебя. Поговорить надо.

Абра внимательно посмотрела на Кейла.

— Если поговорить, то зачем бегать и караулить?

— Я же в школе хотел поговорить, но ты не соизволила.

— Ты был не в духе. Не люблю разговаривать, когда человек не в духе.

— Откуда ты знаешь, что я был не в духе?

— По лицу было видно, по походке. Вот сейчас ты в духе.

— Да, в духе.

— Ты не хочешь взять мои книги? — улыбнулась Абра.

У Кейла сразу отлегло от сердца.

— Ну, ясное дело, — заторопился он. Сунув стопку книг под мышку, Кейл зашагал рядом с Аброй. — Ли просил передать, чтобы ты зашла повидаться.

— Правда? — оживилась она. — Скажи, обязательно приду. Как отец?

— Так себе. Глаза беспокоят.

Они шли молча, потом Кейл не выдержал и спросил:

— Об Ароне знаешь?

— Знаю, — откликнулась она и добавила: — Открой мой дневник на второй странице.

Кейл вытащил из стопки учебников дневник. Внутри была вложена простенькая открытка. На ней было нацарапано: «Дорогая Абра! Я как в грязи вывалялся. Совсем не пара тебе. Ты ни в чем не виновата. Нахожусь в армии. К отцу не ходи. Прощай, Арон». Кейл захлопнул дневник.

— Сукин сын! — пробормотал он.

— Что ты сказал?

— Ничего.

— Я все равно слышала.

— Ты знаешь, почему он уехал?

— Нет. Хотя если подумать… как дважды два сходится. Но я не хочу гадать. Я пока не готова… то есть, если ты сам не захочешь сказать.

Неожиданно Кейл спросил:

— Абра, ты… ты меня очень не любишь?

— Это ты меня недолюбливаешь. Только не знаю, за что.

— Я… Боюсь я тебя.

— Боишься? Неужели я такая страшная?

— Знаешь, сколько я тебе гадостей делал. И вдобавок ты невеста моего брата.

— Какие гадости? И вовсе я не невеста.

— Хорошо, я скажу. — В тоне Кейла звучала горечь. — Только учти, ты сама попросила… Наша мать была проститутка. Она держала в нашем городе публичный дом. Я давно об этом узнал. В День благодарения я повел туда Арона, чтобы он полюбовался на свою мамочку. Я…

— Ну, а он что? — взволнованно перебила его Абра.

— Он? Распсиховался весь. Стал на нее орать.