— Где ты их взяла?

— Я нашла работу, — сказала я с улыбкой.

Он не выглядел счастливым.

— И они заплатили тебе пятьдесят долларов в первый же день?

Он произнес это так, будто я делала что-то запретное, что-то грязное.

— Нет, еще нет. Мне заплатят сегодня."

"По крайней мере, я на это надеялась. Я не была уверена, как Роджер справляется с делами, но поскольку он не спрашивал мой номер социального страхования или любую другую соответствующую информацию, я предположила, что он точно не будет следовать регулярному плану платежей.

— Тогда откуда у тебя деньги?

Он выглядел сердитым.

Что с ним такое? Они с мамой никогда не задавали много вопросов, когда дело касалось денег.

— Мне дал Фабиано.

Он вскочил. Стул с грохотом упал на пол. Я вздрогнула в кресле. В памяти всплыли далекие воспоминания о том, как он дрался с моей матерью, как он бил ее, а она в свою очередь царапала его.

— Ты взяла деньги...у него?

— Что происходит? — спросила я.

— Ты не можешь одалживать деньги у людей вроде него. Нам не нужно больше внимания от людей вроде него.

— Людей вроде него, — повторила я. — Каких именно людей?

Он выглядел измученным.

Я не была уверена, кого или что он пытался защитить, но определенно не меня. Он никогда не был отцом защитником.

— Я знаю, что он боец, папа. Я видела, как он дрался, ясно? Так что, пожалуйста, не лезь не в свое дело.

Как ты делал последние пять лет.

— Ты видела? Зачем? — потом что-то щелкнуло у него в голове, и он закрыл глаза. — Только не говори мне, что ты работаешь в Арене Роджера.

— Я работаю там.

Он поднял стул и выпрямил его, прежде чем опуститься на него, как будто его ноги были слишком слабы.

— Тебе не следовало приезжать сюда. Я не должен был позволять тебе.

Из-за тебя у нас обоих будут неприятности. Я действительно не могу использовать такой багаж прямо сейчас.

Я нахмурилась, глядя на свой кофе.

— Я взрослая. Я справлюсь сама. Я не могу быть разборчивой в работе. У меня нет особого выбора.

— Верни ему деньги сегодня же. Не используйте его ни для чего. И...

— Держаться от него подальше?

Перебила я. Было слишком поздно для защитных слов отца.

— Нет, — тихо ответил он. — Будь осторожна. Мне не нужно, чтобы ты все испортила. Слишком поздно для меня, чтобы сказать тебе держаться подальше.

У меня возникло ощущение, что он имел в виду совсем не то, что я.

— Я могу держаться подальше. Это не значит, что я привязана к нему.

Папа покачал головой.

— Нет, ты не можешь оставаться в стороне. Потому что это больше не зависит от тебя. С этого момента он будет решать, и он не позволит тебе оставаться в стороне, пока он не получит то, что он хочет от тебя.

Его губы скривились, как будто он точно знал, что это такое. Я ненавидела, как он мог заставить меня чувствовать себя грязной этим выражением.