Моей первой реакцией было оттолкнуть его, хотя тело кричало о большем. Мои пальцы обхватили его сильные плечи, чтобы дать отпор, но вместо этого я впилась ногтями и прильнула ещё ближе.

Другая рука Адамо сжала мое бедро, его язык раздвинул мои губы, пробуя на вкус. Его поцелуй был властным и огненным, и зажег меня неожиданным образом.

То, как наши языки дразнили друг друга, а губы идеально сливались, казалось, что это больше, чем случайная встреча. Рука Адамо соскользнула с моего бедра, поглаживая ребра, распространяя за собой еще больше пламени. Мои соски сморщились под футболкой.

Я не потрудилась надеть бюстгальтер, потому что ткань была свободной, а грудь не очень большой."

"Кончики пальцев Адамо погладили нижнюю сторону одной груди, прежде чем его большой палец коснулся моего соска, обнаружив пирсинг. Жар и влага растеклись между моих ног от всплеска наслаждения. Я подавила стон, пытаясь обуздать ошеломляющую реакцию своего тела. Его большой палец щелкнул по моему пирсингу, и с моих губ сорвался вздох удовольствия. Он, казалось, контролировал мое тело всего несколькими прикосновениями.

Мое тело жаждало большего, а мозг требовал контроля.

Контроль. Я нуждаюсь в нем.

Я вырвалась из объятий Адамо и его пьянящего поцелуя, задыхаясь и ощущая покалывания всего тела.

ГЛАВА 8

На мгновение Динара выглядела почти испуганной, но, возможно, это был далекий свет костра, отбрасывающий тусклые тени на ее лицо. Трудно было разглядеть детали от единственного источника света.

Красные губы Динары растянулись в дерзкой улыбке, которая направилась прямо к моему члену.

— Думала, ты не смешиваешь работу и удовольствие.

Ее голос был хриплым и прерывистым.

Мое сердце бешено колотилось в груди, а член уже неприятно прижимался к джинсам. Такого сильного желания я не испытывал уже давно... никогда.

— Не смешиваю. Обычно.

Это не первое правило, которое я нарушаю. У меня долгая история с вещами, которые я не должен делать. Динара казалась хорошей причиной, чтобы добавить еще один пункт в список.

Я достал из заднего кармана пачку сигарет.

— Что насчет тебя? Смешиваешь ли ты работу и удовольствие?

Динара ничего не ответила. Движение ее груди было безошибочным даже в тусклом свете, льющемся из далекого костра, нашего единственного источника света.

Мы находились далеко от цивилизации, что за пределами лагеря темнота казалась почти непроницаемой. Фары соседних машин были выключены, когда их владельцы ложились спать или присоединялись к костру. Динара вытащила косяк, ее пальцы дрожали. Я не мог понять ее физическую реакцию на наш поцелуй.

Она зажгла косяк и засунула его в рот, вызывая в моем сознании более явные ассоциации. Кончик ярко засветился, когда она затянулась.