Я не нуждался в деньгах и все равно заработал бы достаточно баллов, чтобы остаться в гоночном лагере. Динара открыла дверь Гадюки одновременно с тем, как я выключил двигатель своей машины, остановившись рядом с ней. Она едва взглянула в мою сторону и вместо этого бросилась в темноту к задней части своего авто.

Я усмехнулся, понимая почему, что напомнило мне о моей собственной проблеме. Облегчившись в темноте, я прислонился к капоту своей тачки и уставился в звездное небо. Так далеко за пределами цивилизации звезды всегда сияли ярко. Что-то, чего я не замечал, когда находился в Лас-Вегасе.

Я всегда считал себя городским человеком, пока не начал подолгу жить в лагере у черта на куличках.

Динара подошла ко мне и уперлась бедром в капот.

— Ты не должен был этого делать.

Я скорчил невинное лицо, но она сузила глаза.

— Я предпочитаю твое общество компании двух придурков во главе. А с тобой мне не придется спать с открытым глазом, убеждаясь, что никто не проводит манипуляций с моей машиной.

Динара усмехнулась.

— Кто сказал, что я не попытаюсь перерезать твой тормозной трос? Быть может, я даже заколю тебя, когда ты будешь спать.

Я русская, помнишь?

Трудно забыть. Во внешности Динары было что-то экзотическое, особенно высокие скулы.

— Я рискну с тобой.

Динара потерла руки. Она была только в майке и в обтягивающих джинсовых шортах. Мне ничего так не хотелось, как провести ладонями по ее гладким ногам.

— Я не взяла с собой никакой еды. Не думаю, что мы можем заказать еду сюда, верно?

— Я подготовился, — ответил я со смешком и открыл свой багажник, куда положил газовую плиту и пару банок с чили, супом из грибов и макаронами с сыром.

— Но не жди слишком многого.

Динара просмотрела мой выбор.

— Я никогда раньше не ела макароны с сыром.

Я недоверчиво взглянул на нее.

— Как можно жить в Штатах и не попробовать это блюдо?

— Наш повар русская. Она готовит по рецептам из дома моего отца, а я никогда не обедала с американскими семьями. Мы живем среди своих.

Звучало знакомо. Мы с братьями тоже всегда жили вместе, и мои братья до сих пор продолжают.

— Тогда макароны с сыром. Даже если это знакомство с блюдом будет плохим.

Ты обязана попробовать версию моей невестки Киары. Это не от мира сего.

Динара криво усмехнулась в тусклом свете ночи.

— Возможно, нам стоит подождать с семейными представлениями, пока мы хотя бы не поцелуемся.

Мой пульс участился, глаза метнулись к пухлым губам Динары, когда она все еще уверенно улыбалась. Блядь. Я не думал о поцелуе с ней сегодня, но теперь это все, о чем я мог думать.

— А будет поцелуй? — спросил я с медленной улыбкой, будто не мог представить большего.