— Как я могу не быть счастливой, когда меня окружает семья? Мы скучаем по тебе.

Я обнял ее одной рукой.

— Я тоже по тебе скучаю. Но я принадлежу к гонщикам.

— Я знаю.

Римо подошел к нам. Киара, будучи умной девушкой, поняла, что он хочет поговорить со мной. Она извинилась и ушла к девочкам.

— Ну, как дела у нашей русской принцессы?

— Она ведет себя не как принцесса. Курит, как дымоход, и может выпить вдвое больше любого мужчины. Она также чертовски хорошая гонщица."

"Динара и Дима все еще были в основном на обочине лагерной жизни, но они участвовали в вечеринке после гонок, и Динара выпила полбутылки джина, без каких-либо внешних признаков опьянения. Я не разговаривал с ней с тех пор, как мы побеседовали о моей матери, даже если мне пришлось сдерживаться, чтобы держаться подальше.

— Похоже, ты очарован, — сказал Римо со своей кривой улыбкой.

— Я насторожен. Мне не нужны неприятности на гонках.

— Неприятности могут принести нам деньги.

— Все зависит от того, какие неприятности. Может, мне стоит поговорить с Иден? Она может дать мне важную информацию о Динаре.

Лицо Римо посуровело.

— Держись подальше от Иден. Она не сможет рассказать тебе ничего стоящего о Динаре.

— Потому что ты запретил? Какова твоя цель, Римо? Почему мы держим бывшую Пахана в наших борделях? И почему Динара думает, что ее мать умерла?

Что-то промелькнуло в глазах Римо, возможно, намек на понимание. Мне хотелось, чтобы он поделился со мной этой догадкой.

— Она говорила с тобой о своей матери?

— Она расспрашивала меня о том дне, когда мы убили нашу мать. Вернутся ли ее проблемы с мамой, чтобы укусить нас за задницу?

При упоминании о нашей матери выражение лица Римо стало еще более замкнутым. Он ненавидел ее с пламенной страстью, прежде чем мы убили ее, и его чувства не улучшились с тех пор, особенно теперь, когда он был окружен хорошими матерями, такими как Фина, Леона и Киара.

— Если она хочет обсудить свои проблемы с матерью, пошли ее ко мне.

Это последнее, что я хотел сделать, прежде чем понял, что происходит. Если Динара хочет спасти свою мать и, что еще хуже, отомстить за нее, она окажется в большей опасности, чем могла себе представить. Быть может, разумный Капо и не решился бы причинить вред дочери Пахана, но Римо никогда не уклонялся от безумных маневров. В конце концов, он похитил племянницу Капо и даже заставил ее влюбиться в него.

Даже если у Динары имеются скрытые мотивы присоединиться к гонкам и искать моей близости, я не хотел, чтобы она пострадала. Я любил Римо, но не соглашался со всем, что он делал, и многие его поступки вызывали у меня беспокойство, особенно в прошлом.

ГЛАВА 4

Кейджей широко улыбнулась, когда открыла дверь и обняла меня.

— Я скучала по тебе.