— Месть Наряду, особенно их Капо и его Младшим Боссам, ничего не изменит, она лишь продолжит бесконечную спираль насилия и мести. Ты можешь покончить со всем, убив своих обидчиков, но на войне месть ведет только к еще большему насилию. То, что случилось со мной, не было личным.

Динара издала сдавленный смешок.

— Я думаю, что пытки это довольно личное.

— Дело было не во мне, а в Римо. Моя боль была местью за действия Римо, и если я отомщу в свою очередь, это приведет к новому акту мести со стороны Наряда.

— В нескончаемую спираль насилия.

— Я хочу жить настоящим и будущим.

— Впервые в жизни я хочу того же. Прошлое умерло, и я очень взволнована за наше будущее.

— Это будет сумасшедшая поездка во многих отношениях.

Динара одобрительно промурлыкала.

— До конца сезона осталось всего две гонки, и большинство людей вернутся к своим семьям на Рождество. Лишь немногие остаются в лагере, как Крэнк, и отпразднуют вместе.

— Мы не празднуем Рождество в декабре. Православное Рождество в январе, так что, может быть, я останусь в лагере до января.

— Я хочу, чтобы ты отпраздновала Рождество со мной и моей семьей в Лас-Вегасе.

Она замерла в моих объятиях.

— Я не член твоей семьи. Уверена, что твои братья и их семьи не хотят, чтобы я была там.

Я еще не спрашивал братьев, но я любил Динару и хотел провести с ней праздники. Я сомневался, что Киара и Серафина будут иметь что-то против. Римо очень заботился о нашем особняке, поэтому я не был уверен в его реакции. А еще были Савио и Джемма. Они оба абсолютно спокойны в обычных обстоятельствах, но половина семьи Джеммы была убита Братвой, поэтому они могли быть предвзяты в своем мнении о Динаре. Я держал эти мысли при себе.

— Моя семья должна встретиться с тобой, а что может быть лучше, чем Рождество?

— Я не из тех, у кого длинный список поклонников. Я не из тех милых, всегда улыбающихся девушек, которых все хотят видеть в своей семье.

— Поверь мне, ты прекрасно впишешься с твоей индивидуальностью. Не позволяй мне праздновать Рождество в одиночестве. Нет ничего более удручающего, чем быть окруженным счастливыми парами и семьями в одиночестве.

Динара долго молчала, потом вздохнула.

— Хорошо, но, пожалуйста, убедись, что мне будут рады. Я действительно не хочу вторгаться в ваше семейное время.

— Ты моя семья, — пробормотал я.

Динара прижалась ближе к моему телу и поцеловала меня в шею.

— Я люблю тебя.

На следующее утро я позвонил Римо. Он был первым человеком, которого я должен убедить. К моему удивлению, он не был против моего предложения.

— Возьми ее с собой. Киара будет в восторге приготовить для большего количества людей.

— Я ожидал от тебя большего сопротивления, — признался я.