— Грань между перемирием, которое может навлечь на меня гнев Наряда, и пактом о ненападении кажется мимолетной.

Адамо покачал головой.

— Перемирие часто влечет за собой сотрудничество. Мы договариваемся о сосуществовании. Мы не станем помогать вам в борьбе с Нарядом. Вы не станете помогать нам против Наряда.

— В таком случае ты не можешь приезжать в Чикаго, как тебе заблагорассудится. Вне моего дома ты не будешь защищен от нападений. Мои люди не помогут тебе, если Наряд снова попытается тебя похитить.

Адамо ухмыльнулся.

— Наряд больше не похитит меня. Я был наивным мальчиком, когда они меня взяли в заложники.

И если они когда-нибудь поймают меня, Каморра придет мне на помощь. Братва мне для этого не нужна.

Папа откинулся на спинку кресла. То, что предложил Адамо, было шатким соглашением. Если что-то случится с Адамо, я переверну небо и землю, чтобы убедить отца послать своих людей, ради его спасения, и Адамо, несомненно, использует своих солдат Каморры, чтобы спасти меня, если что-то произойдёт. Линии станут размытыми. Даже этот пакт о совместном сосуществовании может заставить Наряд действовать, если они сочтут наше соглашение угрозой их бизнесу.

Мне наплевать на Братву, кроме того, что от их успеха зависела жизнь отца.

— Где вы будете жить? Как вы будете вместе? — спросил папа, снова поворачиваясь ко мне. — Жить в Лас-Вегасе, с кланом Каморры? Это будет трудно объяснить моим людям. Сосуществование заходит так далеко.

Люди отца восхищались им. Они доверяли его суждениям, но он был прав. Если я стану слишком близка с Каморрой, это им не понравится. Тогда папе оставалось только официально заявить о своем неодобрении и выгнать меня.

В любом случае вопрос был спорным.

Я решительно покачала головой. Я не хотела жить в Лас-Вегасе. В городе было слишком много ужасов для меня. Маленькая Катенька задержалась в слишком многих темных углах, готовая обрушить на меня свои воспоминания. Я встретилась взглядом с Адамо, гадая, ожидает ли он, что я в конце концов перееду с ним в Вегас. Его семья очень близка. Все его братья жили в одном особняке, и они, вероятно, ожидали, что Адамо когда-нибудь присоединится к их совместной жизни.

Конечно, папа уловил мою неуверенность. Он поднялся на ноги и разгладил свой темный костюм.

"

"— Я дам вам двоим минутку на переговоры. Я хочу получить ответы, когда вернусь, чтобы принять решение.

Папа прошел мимо нас и вышел из кабинета.

Я резко повернулась к Адамо и с силой ударила его в грудь.

— Что, черт возьми, на тебя нашло? Ты сошел с ума, пританцовывая в доме моего отца? Он мог убить тебя на месте!

— Он не убил, — сказал Адамо с медленной улыбкой, обнимая меня за талию и притягивая к себе.

Неужели он не понимает, в какой беде оказался?

— Он все еще может.