Зачем?

Зачем, черт возьми, эта женщина снова появилась в моей жизни? В которой я успел так многое наладить? Так многое выстроить? В которой, как мне казалось, моя одержимость наконец прошла и я научился жить… Жить, черт возьми, нормально!

У меня есть ценности. Есть бизнес, над которым я работаю практически круглые сутки. Есть мое тихое пристанище. Моя жена. Есть… Ясность рассудка и адекватность, черт меня разбери!

И мне не хочется все это терять. Я слишком дорожу всем этим. Но… Вот именно сейчас. Или нет. Ровно с того момента, как она появилась снова здесь, я чувствую, будто иду по тонкой проволоке над самой черной пропастью.

И дикий, безумный ветер рвет меня. Рвет насквозь. Срывает вниз.

Туда. Обратно. В бездну. Где я, черт возьми, так легко могу слететь со всех катушек!

— Мария?

Закручиваю кран, слыша, как кто-то копошится в дверном замке. Или мне это показалось?

Нет. Все-таки звуки я угадал правильно. Неужели все же решила вернуться?

— Маша!

В секунду оказываюсь возле входной двери.

Начисто забыв про полотенце. И плевать мне, что оставляю за собой лужи. На все сейчас плевать!

Быстро распахиваю дверь, и… Тут же чертыхаюсь.

— Ох. Марк Давидович. Простите…

— Виола. Какого черта ты здесь делаешь?

Шиплю сквозь сжатые зубы, быстро напяливая на себя первое, что попадается под руку. Пиджак, который, по-хорошему, самого главного-то и не прикрывает.

Ну вот. Нанес, кажется, моральную травму хорошей скромной девочке.

Прямо застыла. Красная такая, что прям до слез. И сдвинуться не может. Приятно, конечно, когда на твое достоинство так пялятся расширенными глазами. Но она, похоже, эту часть тела видит в первый раз. Скромница же! Надо же! Еще ни разу никого не вводил своим видом в ступор!

Но сама же виновата! Какого черта она здесь делает вообще?

— Виола.

Откуда у тебя ключ от моей квартиры?

Еле сдерживаюсь теперь. Чтобы не закатить глаза и не расхохотаться. Определенно, у девочки таки самый настоящий шок.

Только теперь начинает отмирать. Мечется глазами не зная, куда подевать взгляд.

— Я сейчас. Заходи уже, раз пришла.

Бормочу, с трудом сдерживая слова намного покрепче.

Возвращаюсь в ванную и хватаю полотенце. Обворачиваю бедра, хоть ситуацию, конечно, этим теперь-то уж трудно спасти.

— Ваша мама мне ключи дала, — тараторит.

На меня старается не смотреть.

— Бабушка же Марии Владимировны болеет. А вы всегда на работе. Она просила, чтобы я помогла вам здесь. Что-то по хозяйству, и… Вот.

Быстро опускает на тумбочку в прихожей большой пакет.

— Это еще что? Виола. Перестань в дверях стоять. Закрой дверь хотя бы.

Нечего соседям еще и бесплатный цирк устраивать.

— Это… Пирожки я сегодня испекла. С мясом и с сыром. Вам ведь обоим наверняка не до того. Мария Владимировна, наверное, просто с ног валится.