— Разве я тебе его не дал? Ты съехала с квартиры. Жила практически отдельно. Может хватит, Маш, а?

— Марк. Пожалуйста. Просто. Не сейчас.

— Хорошо.

Он вдруг слишком легко соглашается.

— С бабушкой за меня попрощайся. Скажи, я за подарком ее в город поехал. И наслаждайся своим одиночеством, Маша. Гордым, конечно. Но охренеть, каким глупым.

Марк просто выходит.

Не пытается больше ни прикоснуться ко мне, ни поцеловать.

К матери не идет, я вижу, как садится в свою машину и резко бьет по газам.

Кстати, вижу это не только я.

Замечаю, как Виола выглядывает из окна дома матери Марка.

С тоской смотрю на пыль, которая поднялась на дороге.

Он ведь явно с ней встретился. Все не ограничилось разговором на его празднике.

Потрепанный. Вымученный. С воспаленными глазами.

Она его прогнала? Отказала? Сказала, что счастлива в браке?

Поэтому он обошел все кабаки столицы, как это сразу можно сказать по его виду? А после решил вернуться ко мне?

Но только после. Не сразу. Сразу он выбрал не меня.

И что теперь делать?

Теперь я самая настоящая замена, а вовсе не та, кого он выбрал по любви

Заглядываю к бабушке. К счастью, она спит.

Доктор говорил, что она может спать весь день почти первое время.

Поэтому я спокойно могу просто залезть под одеяло в своей комнате и так проваляться под ним весь день, до самого вечера. Даже выползать из постели не хочется. Особенно, в такую реальность.

— Что это за шум?

На рассвете просто подпрыгиваю на постели от громких ударов.

К нам во двор забрались какие-то дебоширы? Боже, такое ощущение, что они там подсобные помещения разносят по частям!

Выбираюсь во двор, протирая глаза. Растрепанная и прямо в ночной рубашке.

— Марк? Ты что здесь делаешь? Мы же вчера все выяснили!

— Правда? На самом деле я ничего такого не выяснял.

Даже наоборот. Ничего у нас с тобой не прояснилось. Хотя лично мне все предельно ясно. И совершенно непонятно, в чем ты там сомневаешься.

— Я же просила. Я не хочу тебя сейчас видеть, Марк.

— А при чем здесь ты? Я к Валентине Петровне приехал. Она вчера просила ей дров на зиму нарубить.

— Что? Серьезно? Бабушка просила? Когда это?

— Вечером вчера. Ты спала, как убитая, между прочим. Кстати, если тебе интересно, то ночевал я у матери. Вот вчера приехал и мы с ней договорились.

— Вообще-то ты мог бы дров и просто привезти. Они теперь продаются. Если ты не в курсе.

— Вообще-то, ты могла бы мне и воды дать напиться. Очень пить хочется, знаешь ли. Когда работаешь физически.

— Ты же не ко мне приехал, — пожимаю плечами. — Почему я должна тебе что-то?

— Ты собираешься бабушку гонять? Маша, я вот не думал, что ты такая эгоистка. Ей покой нужен, между прочим. Или ты забыла?

Мне вообще-то он тоже нужен. А тут… Никакого покоя!

— Ты можешь сам взять себе воды, Князев. И чаю. Знаешь прекрасно, что и где.