Открыв глаза, увидел чистое голубое небо. Судя по тому, что кроны деревьев двигались, меня куда-то тащили. Решил пока снова их прикрыть. Боли, как таковой, не было. Опилки не в счет, это уже похоже тренд. Пошевелил пальцами рук и ног, напряг спину. Мышцы отозвались нытьем и тяжестью. Под спиной ощущалась платформа, явно из дерева. Все же решил глаза. Так и есть, это повозка, в которую запряжен, ну прям ослик ИА, с такой же блаженной улыбкой после подарков.

Рядом шел человек? Ну, выглядел точь в точь как хомо сапиенс. Две руки, две ноги, голова.

Одет в серый балахон, сверху такой же плащ. Длинные волосы, борода, кустистые брови. БА! Да это ж старец Фура! Ну, прям вот он, точно. Да здравствует белочка!! Надеюсь, санитары уже выехали. Я начал потихоньку смеяться, чем привлек его внимание. Неодобрительно на меня посмотрев, он стал говорить на незнакомом языке. Я лишь беспомощно отрицательно покрутил головой. Задав еще пару вопросов, он понял, что я его не понимаю от слова совсем. Недовольно скривившись, он поднес руку к моему лбу, и я провалился в сон."

"В этот раз пробуждение было приятнее, как минимум теплее. Я лежал на кровати, укрытый одеялом, недалеко от меня отдавала тепло печка по типу буржуйки. Хотелось нормально поесть, хотя скорее уже пожрать от души, и как назло, в воздухе витал запах свежеприготовленной каши. Я аккуратно сел на край кровати, окинув взглядом помещение. Сплошь каменные стены, пара небольших окон. Старец нашелся рядом с печью, помешивающий варево в котелке. Увидев, что я поднялся, он взял со стола какой-то небольшой кристалл, светящийся ровным холодным светом. Подойдя ко мне, вложил его в мою руку, и жестом показал, что надо вдавить его в грудь. Я не стал выёживаться и сделал, как он сказал. Глубокий вдох, выдох. Вбиваю кристалл в грудь. Легкий хлопок и вспышка света.

В ушах шум, плавно перерастающий в тихо произносимые слова. Их все больше, постепенно слова выстраиваются в короткие фразы. Затем фразы становятся все сложнее. Иногда слышу натуральные стихотворения. Вдруг в голове проносится целая баллада. И снова предложения. Много, очень много. До меня доходит, что я выучил новый язык. Судя потому, что поток ослабевает, обучение идет к концу. О, а вот это интересно, почти отдельно идет маленький словарь нецензурных выражений. Хватаюсь за эту ниточку, и чудо, ни фига он немаленький. Зато теперь могу со всей душой кому-то рассказать о своем состоянии, а то стихотворная форма общения, это явно не мое.

Старик внимательно на меня смотрит, как на подопытного хомячка, отвечаю тем же. В итоге он не выдержал и начал разговор.

— Ты меня понимаешь? — медленно спросил он.

— Да.

— Отлично. Кристалл сработал как надо, хоть и лежит уже почти пять лет в загашнике.