Он-то меня отвлёк, показывая какие шоколадные батончики ему купить. И этим же вечером сбежала Афанасьева.

Сердце набирает обороты.

Глава 9

Полина"

"Уже в поезде понимаю, что купила билет на верхнюю полку. А для Миши не взяла билета вовсе. Думала, как-нибудь уместимся вдвоём.

– Мамочка, впервые с сыном на поезде? – интересуется проводница, разглядывая, как я пытаюсь варьировать между нижними полками, где уже спят пассажиры.

Киваю. Обреченно бросаю сумку на пол, заталкиваю подальше под столик, чтобы никто не споткнулся ночью.

Я не глупая и к жизни приспособлена. Понимала, что нам с сыном нужно нижнее место или купе, но мест не было в наличии. Взяла последний билет. Край как надо было убраться подальше из Москвы.

– Видно, что неопытная, – улыбается мне женщина, при этом заглядывает в спящее лицо ребенка.

Мишка сопит, во сне дёргает ножкой и снова застывает в неподвижной позе, пока я пытаюсь понять, как решить проблему с верхним местом.

– Поменяетесь? – проводница интересуется у проснувшегося молодого грузного парня. – Женщина с ребенком наверх не залезет!

– С радостью бы, – молодой мужчина виновато улыбается, – но спину потянул и ребро сломано. Не смогу.

– Ничего страшного. Справлюсь, -с ужасом смотрю на спящего в коляске малыша.

– Ладно, – женщина бросает взгляд на мою сумку, – бери своё добро. Идём ко мне!

Через две минуты уже занимаем места в купе проводника. Здесь тепло, пахнет корицей, лимоном, ""поездом"". Кажется, что специфический запах въелся в стены, в одеяло. Даже сама Наталья пахнет именно так!

– Будете спать у меня! Возражения не принимаются.

– А Вы? – спрашиваю обеспокоенно.

– За меня не волнуйтесь. Найду место для ночлега, – пожелав спокойной ночи, женщина уходит, оставляя нас одних.

Через пять минут, переодевшись, перестилаю бельё на чужой полке. Достаю малыша из коляски, аккуратно снимаю с него теплый синий комбинезон и кофточку. Любимый мальчик ворочается, и я понимаю, ему неудобно. Наверное, уже напрудил. Точно.

Кладу Мишеньку поперёк полки, раздеваю, чтобы поменять подгузник. Он лягается ножками, и просыпается.

Испуганно гляжу в синие глаза. Жду, что ребенок разревется. Разбудит весь вагон. Но к моему облегчению, Миша издает лишь два звука: -па-па, – и тут же закрывает глаза. Сонно сопит.

Что это было???

Видимо, Миша услышал в центре как соседский Валерка обращается к отцу и выучил слово?!

Только этого не хватало! Где я ему целого папу найду?

Дома мы не приучали его к этому дорогому, но обязывающему слову «папа». Ведь Марина была в поиске, а мой супруг наотрез оказался выполнять эту роль. Или, хотя бы играть.

Помню день, когда Марину выписали из роддома. Мы со Стасом встречали ее у дверей. Она вышла вся из себя, при полном марафете. Красивая и беззаботная.