Странно было возвращаться в дом, где я была счастлива. Где прожила с мужем долгих пять лет. Будто никогда и не было этого. Или всё случилось со мной много-много столетий назад.

Я поднялась на свой этаж и позвонила в дверь, которую когда-то открывала своим ключом.

Вадим отпер дверь сразу же.

– Заходи, – кивнул он приглашающе, и я переступила порог.

Он и впрямь собрал чемоданы, что стояли в коридоре, как два больших корабля. Я прошла мимо них равнодушно. Мне действительно уже ничего не нужно. Всё это ерунда.

– Хочешь, я заварю тебе чаю, Ань?

– Нет, спасибо, – выдохнула я и открыла дверь спальни. – Если ты будешь не против, я хотела бы забрать альбомы.

– А, да. Точно! – ударил он себя рукой по лбу. – Я о них и не вспомнил. Забирай, конечно. Конечно, они твои, безусловно, – бормотал он.

Я открыла ящик комода. Пусто. Обернулась.

– Кажется, я переложил их в другое отделение, ниже.

Я наклонилась, чтобы открыть, и с ужасом почувствовала, как сзади ко мне прижался Вадим.

Глава 51-1"

"– Анька, любимая моя, – вжимался, тёрся об меня мой почти бывший муж.

– Отпусти, Вадим, – попыталась я вырваться, но он сдавил меня в объятиях так, что стало нечем дышать.

– Ну что ты как неродная, а? Ну что ты? Я ж так долго ждал тебя, Ань, а ты всё не шла и не шла.

Он больно прикусил меня за шею и с силой сжал ладонями грудь.

– Отпусти! – взвизгнула я почти истерично, но куда там…

Я боролась, как могла. Но что может сделать маленькая женщина против почти двухметрового сильного мужчины?

«Ошибка, ошибка!» – билось в мозгу одно-единственное слово. Я повторяла его, когда он рвал на мне одежду. Я кусалась и царапалась, но Вадим только ещё больше зверел, и я знала: его не остановить.

Он завалил меня на кровать. На ту самую, где когда-то, в другой жизни, трахал любовницу. Вклинился между ног и уже трахал меня. К счастью, недолго.

– Какая ты сладкая, Анна, какая ж ты сладкая, – бормотал Вадим, содрогаясь.

Он обмяк и навалился на меня всей тушей. Я выползала из-под него, глотая слёзы, и чувствовала себя использованной и грязной.

– Ой, какие мы нежные, – ударил он меня в спину издевательски. – Прям царевна-недотрога! Пять лет подмахивала и не жаловалась, а тут строишь из себя невесть что! Я, между прочим, всё ещё твой муж по закону! И попробуешь пасть открыть – пожалеешь! Я не только тебя урою, но и твоего хахаля уничтожу! Так и знай! У меня все рычаги вот здесь! – сжал он кулак и посмотрел на меня с торжеством. – Скоро твой Рейнер превратится в ничто. Останется с голой задницей. И если ты думала, что он тебя содержать будет, то просчиталась. Сядешь на хлеб и воду, будешь с протянутой рукой под мостами клянчить.

И я понимала: он не лжёт. Он бахвалится, потому что… чувствует свою силу и превосходство.

– Какая же ты тварь, Майский, – содрогнулась я от омерзения.