Мы с Вилей такую пьесу видели в театре, замечательная была постановка, мы вышли под большим впечатлением. Вот послушайте, я вам расскажу. Значит, так: занавеса на сцене нет, задник оформлен в виде модели атома…

Ангелина начала рассказывать подробно, с деталями, она хорошо помнила этот спектакль, который давала приехавшая в Новосибирск на гастроли труппа Рижского русского драматического театра. Было это давным-давно, еще в советские времена, но память у Ангелины Михайловны Сорокиной была отменной. Она рассказывала и мысленно хвалила себя за сообразительность: так удачно вспомнила спектакль и вывела на него разговор, который начался с недоеденного супа.

— На этом заканчивается первый акт. Антракт. Ой, Лев Сергеевич, я вас так заболтала, что даже второе вам не подала и чаю не налила, что ж вы у меня сидите-то на одном супе! — всплеснула руками Ангелина. — Вам Люсенька второе приготовила или мне из дому принести?

— А вы булочки сегодня не пекли? — с надеждой спросил Гусаров.

— Нет, уж простите, мы ведь на прогулку собирались.

— Жалко. Люблю я ваши булочки с сосисками.

— А вот я вам сейчас бутербродиков наделаю, — встрепенулась Ангелина Михайловна. — Моих фирменных, малюсеньких таких, с анчоусами, помидорками и сыром. Сначала разогрею вам второе, потом чай с бутербродиками.

— Да ну, Ангелина Михайловна, не надо, вы лучше дальше рассказывайте, мне же интересно, как там события развивались. А уж вы такая замечательная рассказчица — даже прерываться не хочется. Ну что, нашел он своего брата, этот Якуб или как там его?

Ангелина Михайловна проявила педагогическую строгость и, прежде чем продолжить рассказ, все-таки заставила Льва Сергеевича съесть запеченную на гриле курицу с чесноком и картофельное пюре, а потом поставила перед ним большую плоскую тарелку с крохотными аппетитно пахнущими тарталетками, начиненными анчоусами, помидорами и острым сыром.

— А это вам за послушание и терпение. — Она торжественно поставила на стол две бутылки пива, принесенные из дома.

Это пиво Виля купил накануне как раз для того, чтобы угостить соседа. Лев Сергеевич пришел в неописуемый восторг и стал поглощать тарталетки, запивая их пивом, а Ангелина Михайловна продолжала пересказывать спектакль.

— И что, все, что ли? — совсем по-детски разочарованно спросил он, когда соседка завершила рассказ словами: «Свет постепенно гаснет… Конец». — И вот так все и кончилось?

— Вот так и кончилось, — с улыбкой подтвердила она.

— Ну, знаете… А я бы еще слушал и слушал, до того вы хорошо рассказываете. Я как будто в театре побывал и своими глазами спектакль увидел.