Взять хотя бы мою профессию, когда от тебя зависит чужая жизнь, когда ты даешь работу сотне человек, когда ты занимаешь такое важное место, то тебе приходится решать за других. И я решил. Настя останется со мной, все станет как было, а ты… просто исчезнешь и постепенно мы забудем про это неловкое происшествие.

Я очень старался надавить на то, что у лысого никчемная профессия и пустая жизнь, но даже не мог понять, попала ли моя пуля в цель. Судя по серому непроницаемому лицу, я стрелял холостыми.

- Зачем бы мне это делать?

- Потому что ты не идиот, и ты точно не желаешь Насте зла.

Подумай, что ты можешь ей предложить? Потные портки? Однушку в банковском обременении? Не удивляйся, я навел о тебе справки. Еще есть тачка, которая вот-вот развалится и бывшая жена где-то в Пятигорске. – При упоминании последней, желваки на лице Тимура дернулись, выдавая напряжение. Поэтому я смело продолжил: - Единственный вариант для тебя, согласиться на то предложение по работе и уехать наконец в Питер. Настя никогда не оставит работу и семью, так что ты понимаешь, что она за тобой не поедет.

- Понимаю, - сухо кивнул он. – И поэтому уже дал свой отказ.

- Ну и кретин. Здесь тебе явно ловить нечего, а там, тренерская должность, работа с юными чемпионами, ты же об этом всегда мечтал?

Лысый с ненавистью посмотрел на меня, а я в очередной раз порадовался, что решил поговорить с ним в публичном месте. И пусть людей здесь было не так много как в зале, он не рискнет меня бить под камерами и при свидетелях.

Выпрямившись, я продолжил:

- Я тебе не друг, но даже я понимаю, что второго такого шанса у тебя не будет. Так что советую передумать пока не поздно и купить билет до Санкт-Петербурга.

А чтобы решение было не таким болезненным, я предлагаю тебе небольшую помощь. Так сказать на переезд и шторки в новую квартиру. Сможешь снять что-то приличнее той дыры, в которой живешь."

"Медленно и спокойно, будто всегда делал это, я достал телефон и вбил на экране сумму. Зависнув всего на секунду, добавил к ней еще один ноль. Честно говоря, идя сюда, я был уверен, что отделаюсь двумя сотнями, а сейчас очень сомневался, что хватит и двух миллионов. С другой стороны, папа сказал не экономить, так что я мог бы вкинуть и все десять, если бы был уверен, что это подействует и что мне не сломают хребет.

Когда я протягивал телефон Тимуру, то даже не смотрел на него. А потому вздрогнул от неожиданности, услышав:

- Я могу засунуть этот телефончик тебе в очко всего одним нажатием пальца. А ты мне за это даже ничего не сделаешь, - он говорил так, будто всерьез размышлял над тем, как бы запихнуть айфон мне в задницу. Я еле сдержался, чтобы не заерзать на стуле, ощущая напряжение в пятой точке.

- Отлично. – Кивнул в сторону висящей прямо надо нами камеры.