Развернувшись в обратном направлении, он довольно шустро убегает. А так и не скажешь, что он на такое способен. Я только и успеваю ногами перебирать и смотреть вниз, чтобы носом дорогу не прочесать. Резвый мужчина, дедом его уже язык не поворачивается назвать, все бежит и бежит, ведя меня окольными путями. Мы зашли через неприметную дверь – скорее всего, черный вход – и сразу побежали по винтовой лестнице вверх.

Во снах мне удалось посмотреть на несколько комнат во дворце. Все они светлые, с яркими деталями в интерьере, с большим количеством окон, но это не об этом месте. Появилось такое чувство, что ремонтные бригады были во всех частях дворца, кроме этой. Да что там ремонт, здесь уборку со времен постройки не делали. Грязища страшная, лестница местами в трещинах, еще и света для этой части замка пожалели. Что я там говорила? Императора боюсь? Не-е-ет! Я убиться на этой лестнице боюсь!

К счастью, эта пытка заканчивается. На третьем этаже мы выходим в длинный коридор в куда более приличном состоянии. Чисто, красиво и, что называется, дорого-богато. Золотые подсвечники, позолоченный потолок с лепниной и маленькими дракончиками, нарисованными яркими красками. Ковры – красивые, бархатные, с коротким ворсом и тоже с использованием золотой нити. Ну что поделать, любят эти крылатые все блестящее. Хуже ворон. По словам Рори, такова их природа, у каждого дракона есть своя сокровищница – место, в которое они тащат все блестящее и ценное, по их мнению. Что смешно, это может быть совершенно бесполезная безделушка, но дракон будет сходить с ума, пока не овладеет ей."

"Однажды мне довелось увидеть, как Рори помешалась на старой брошке. Мы были в городе незадолго до бала первокурсников. Подруга искала платье мечты, как вдруг… Пожилая дама из расы оборотней прошла мимо нас, глаза Рори вспыхнули жадным огоньком, и она кинулась вслед за незнакомкой. Так она приобрела совершенно страшную и бесполезную вещицу за баснословные деньги. В этот момент она походила на одного знаменитого персонажа из книги, блаженно поглаживающего драгоценность и приговаривающего: «Моя пре-е-е-елесть».

Пока предаюсь воспоминаниям, старик наконец замирает возле неприметной двери, за которой прячется очень маленький кабинет. Наверное, раньше здесь был чулан, а потом его переоборудовали в вотчину этого мужчины. Один стол, едва помещающийся в пространство комнаты, и два стула. Никаких окон или шкафов, только кипа бумаг, разбросанных по лакированной поверхности стола.

– Садись, – командует мужчина, занимая один из стульев. – Для начала мы подпишем магический контракт, а потом уже поговорим.

О чем-то таком я и думала.