— Оно, знаешь, ограничено даже у богов.

Она поджала губы и кротко кивнула.

А я развернулся к охране. Они продолжали стоять на моём пути. Но чем ближе я становился, тем меньше уверенности было в их глазах.

В полуметре они не выдержали. Разошлись в стороны, как надломанные льдины перед стальным носом ледокола.

А снаружи меня уже ждали Волхвы. А издалека приближался шум жандармских сигналок.

Но мы не спеша погрузились в автомобили и отправились в аэропорт. Там готовился к отправке самолёт. Если жандармы объявят меня в розыск, то захватить попытаются в Москве. И тем лучше. Тем ярче. Тем эффектнее будет представление, если они всерьёз попытаются это сделать."

"А попытаются. Но не сразу.

Сначала доложат своим покровителям из числа благородных кланов Империи. Я вот запамятовал, кто у нас был в тесной связке с имперской жандармерией.

Да и какая разница? В любом случае если против меня пойдут, то используют все инструменты. Ничем не побрезговав.

Но в аэропорту меня не задержали.

Несколько жандармских машин стояли на выходе из терминала и провожали недовольными взглядами. Они точно здесь за мной. Но не задерживать. А, скорее, обозначиться.

Да и не смогли бы они меня задержать. Потому что меня встречал Владислав.

— Как? — он смотрел на меня недовольно. — Как ты умудрился вляпаться в очередные неприятности?

— Не только наследники хотят моей смерти, — ответил я и прошёл мимо него, ведя под руку Людмилу. Мои Волхвы следовали за нами.

— Ты ничего не перепутал⁈ — рявкнул он мне в спину. Прямо при своих людях. Прямо при моих людях. Прямо при проходящих мимо пассажирах, которые стали оглядываться на нас. — Ты говоришь с братом Императора, а не со слугой!

— Я хочу поговорить с ним в машине, — спокойно ответил я и жестом велел Волхвам сопроводить Людмилу в один из задних автомобилей. — Там обсудим детали. Или брат Императора хочет, чтобы все слышали его крики?

Сжав кулаки, Владислав пошёл к головному автомобилю, бормоча под нос:

— Проклятый Северский… Проклятый, проклятый…

Я едва удержался от усмешки.

Мы сели в авто и наша колонна двинулась в город. Самолёт в Новосибирск всё равно был через несколько часов, которые я лучше проведу в комфортабельных покоях, чем в терминале аэропорта. Не из-за собственных потребностей в удобстве. А в целях банальной безопасности для моих людей и Людмилы.

— Зачем ты кого-то убил⁈ — спросил Владислав, как только машина тронулась с места.

— Всё сложнее. Он погиб сам. Он переизбытка маны и собственного непонимания, как работает эта самая мана.

Владислав раздражённо повёл носом и отвернулся к окну. Но продолжил говорить:

— Не важно, как он погиб. Важно — что тебя к этому приплетут. А затем используют это, как повод ослабить твои позиции! И мои заодно!

— Пусть сначала докажут.