Пусть и любимому человеку я не нужен, Лер..

— Надоест, как надоел наш брак! — заметила я и шмыгнула носом. Вытерла запястьем свой подбородок.

— Не решай за меня, Лер, мне не надоел наш брак. Мне просто казалось, что я на правах мужчины имею право на большее знание. И думал, что делал только лучше, но по факту я потерял тебя, — с покаянием в голосе признался Альберт, запуская пальцы мне в волосы, проводя по ним мягкими прикосновениями и дыша мне в губы.

— Альберт я… — начала я, но наткнулась на горечь в глазах мужа.

— Я чудовище, что заставил пережить тетя все это. Я предатель хоть и предательством были слова. И я потерял самое бесценное в своей жизни. Вас с сыном. И нет мне прощения, потому что после такого не прощают, Лер. Я все это понимаю. На стену лезу без тебя, грудь себе разрываю руками, но понимаю. И даю свободу, но если тебе страшно, тебе больно, я не смогу постоять в стороне, потому что настоящая любовь это когда твою боль я ощущаю сильнее чем собственную. И не проси меня уйти, потому что сейчас тебе люто больно и я сделал все, чтобы забрать ее себе. Чтобы только у тебя не болело.

— Альберт… — растерянно произнесла я, закусывая соленые от слез губы.

— Я готов быть не с тобой, но оставить тебя я не в силах. Я готов любить тебя на расстоянии, потому что другого я сам себе не оставил, но просто перестать любить тебя не могу. Я думал, что есть смысл в чем-то. Чтобы ты немного стала другой, но с каждым днем я понимал, что люблю тебя сильнее всего прежнюю. Мою. Скромную. Немного закрытую. Мне плевать на длину сорочек и чулки. Я просто люблю.

— Альберт… — снова начала я…

— И ты можешь не любить меня. Это нормально. Я понимаю, не люби. Я не заслуживаю твоей любви. Но не проси меня уйти или бросить тебя. Нет. Так не будет, потому что ты для меня все. И я это свое «все» буду оберегать всеми способами.

— Молодой человек! — сварливо заметила медсестра. — Мы тут так-то еще долго будем стоять и ждать?

Я обняла мужа. Вцепилась ему в шею и тяжело выдохнула. Он провел мне по спине ладонью.

— Не бойся. Я с тобой…

И операция не заняла много времени. И меня перевели в палату через пару часов, где по-прежнему сидел Альберт. Он стянул пиджак и расположился на стуле за столом и когда меня привезли, он сам переложил меня на постель."

"— Все прошло хорошо? — спросил муж, вытирая мне слезы. А я судорожно кивнула, потому что все обошлось. И я больше напугалась. В ходе операции ничего не пошло не по плану и все мои органы остались при мне. — Вот видишь, а ты боялась…

Но Альберт врал сейчас нам обоим, потому что на его глазах блестели слезы.

Он тоже боялся.

И сильнее меня…

— Лера, родная моя… — он присел на корточки у кровати и провел мне пальцами по губам. — Ты мой самый большой дар. Плохо, что я умудрился тебя потерять.

— Плохо.