Каст стоял спиной к огневичке и, соответственно, загораживал от телохранительницы меня. И увидеть, как руки пижона соскользнули с моей талии и на мгновение сжали мои вторые девяносто, Лерра никак не могла. Но лично мне легче от этого не стало.

Взвизгнув от неожиданности, я попыталась оттолкнуть Каста, но парень не пустил. А едва открыла рот, чтобы сказать бесстыжему недоэльфу все, что думаю по поводу этой выходки, мои губы накрыли поцелуем.

Это было отвратительно! Ни капли удовольствия, только чужой язык, хозяйничающий в моем рту, и рука на затылке, которая не позволяет вырваться.

И бешенство! Мое, разумеется.

И возмущенное покашливание со стороны кресла.

После второго покашливания Каст таки оторвался от моих губ и резко обернулся.

— Что? — бросил король факультета злобно.

— Да так, — в голосе девушки звучали язвительные нотки. — Ничего.

Лично я собиралась сказать больше. Гораздо больше! И мне даже было плевать, что эта фифа о нас, и в частности о Касте, подумает. Но… не успела я.

Просто не думала, что выслушав ответ Лерры, пижон резко повернется обратно и снова вопьется в мой рот.

Сволочь!

Я честно начала выдираться, но Каст сжал крепче, лишая возможности маневра. Более того, как-то почуял момент, когда нужно убрать язык, чтобы не остаться без оного. В итоге я клацнула зубами и… по закону подлости, прикусила собственную губу. Причем изнутри. Бо-о-ольно!

Я взвизгнула, на глаза в мгновение набежали слезы. И возможности сказать рыжему, кто он и куда ему пойти, по причине этой травмы лишилась.

Зато у Лерры проблем с речевым аппаратом не было.

— Я вам не мешаю? — полюбопытствовала девушка не без ехидства.

— Мешаешь, — не оборачиваясь, рыкнул Каст. — Так что настоятельно рекомендую тебе погулять пару часиков.

— Увы. Сам знаешь, что это невозможно.

— В таком случае прикинься мебелью и не отсвечивай, — прошипел рыжий.

Лерра не ответила, а я… резко впечатала каблук в пижонский сапог. И когда охнувший от боли рыжий ослабил хватку, вывернулась и отскочила в сторону.

Ужас ситуации заключался даже не в том, что Каст снова руки распустил, и не в присутствии его телохранительницы. Истинной жутью было то, что я почувствовала жар в груди и едва удержалась от того, чтобы перетечь в боевую стойку и шарахнуть боевым пульсаром.

Это отрезвило и, признаться, испугало. Причем настолько, что я даже не сказала Касту, куда ему пойти.

Зато когда он шагнул навстречу и попытался поймать — увернулась. И с какой-то невозможной, почти мистической ловкостью отпрянула к двери.

— Даша! — зазвучал позади недовольный рык.

Вот только меня настроения рыжего не интересовали.