Ну а когда я пригубила напиток и открыла рот, чтобы спросить, с чего начать, оборвал:

— Нет. Не сейчас. Просто успокойся и подумай. Вспомни, как все было и что говорил Фиртон. Расскажешь, когда я вернусь.

Удивление? Да, было такое. Но когда я увидела, что Глун направился к собственной спальне, вопросы отпали. Он намеревался заняться Дорсом! Это было правильней и куда важней всяких показаний и комиссий.

Я проводила декана огненного факультета взглядом, опять пригубила вино. В голове в этот момент властвовала только одна мысль: Глун — не враг, Глун — свой!

Боже, какое счастье!

Дверь спальни закрылась с тихим стуком, и после этого я позволила себе расслабленно откинуться в кресле. Взгляд сам собой упал на массивное зеркало, расположенное у другой, входной двери.

Зяба не проявился, но это не помешало подмигнуть и прошептать, почти беззвучно:

— Все хорошо!

Еще один глоток вина, и я поняла — нет, не могу просто сидеть и расслабляться. Нужно помочь. Понятное дело, что мои способности ни в какое сравнение со способностями Глуна не идут, но хоть за руку Дорса подержать!

С этими мыслями я поднялась из кресла и поставила полный, в общем-то, бокал на низкий столик. Еще пара мгновений, и я уже стояла у двери в спальню.

Памятуя о манерах, постучала, прежде чем толкнуть створку. И тут же застыла столбом!

Наш декан стоял не у постели, а посередине комнаты, а воздух справа от него искрился синим. А прежде чем я успела открыть рот и спросить, что за чертовщина тут творится, из этого скопления искр вышла женщина.

Она была высокой, статной и, как ни смешно звучит, широкоплечей. Волосы — как у Мальвины, ну а глаза — настоящий изумруд. Вот только поразило меня не это. Куда больший эффект возымела ее одежда: платье синее, но совершенно обычное, только вместо нижнего ряда кружев и, собственно, ног — пенные брызги волн!

— Офигеть! — бездумно выдохнула я и тут же схлопотала двойной взгляд.

Синие глаза куратора смотрели строго, изумрудные глаза неизвестной буквально изничтожали. Но через мгновение все кончилось! Просто женщина обратила внимание на распластанного на кровати парня и взвизгнула.

То, что произошло дальше, дошло до моего сознания не сразу…"

"— Дорс! — воскликнула женщина. — Что с ним?

А спустя еще миг:

— Ты же обещал за ним присматривать!

С этими словами женщина метнулась к Дорсу и практически упала на постель. Ее пальцы коснулись лица водника, мягко и плавно, словно лаская. Эта ласка не имела ничего общего с романтикой, она была иной, материнской!

— Я и присматривал, — рыкнул Глун. — Но кто знал, что он полезет в такую свару?

И тут же, но уже мне:

— Дарья! Опять?!

Момент к анализу не располагал, но я отлично поняла, на что намекает куратор — опять я в самое сердце неприятностей влезла.